Фамилия Охренеть — случай редкий и с точки зрения привычной русской ономастики почти анекдотичный. В ней нет ни типичного суффикса принадлежности (-ов, -ин, -ский), ни географической привязки. Перед нами, скорее всего, не фамилия в классическом понимании, а позднее прозвище, закрепившееся в документах по ошибке, в шутку или как канцелярский курьёз. Корень здесь — глагол «охренеть» в значении «потерять соображение, остолбенеть, прийти в крайнее изумление». В русских говорах слово имело и более грубый, физиологический оттенок, но в основе всегда лежало состояние сильного потрясения.

Как такая фамилия могла возникнуть? Первая версия — и самая правдоподобная — что это прозвище, данное человеку с медлительной реакцией или, напротив, с привычкой постоянно удивляться: «охренеть!» было его коронным словом. Вторая версия связана с ироничным переосмыслением: так могли прозвать человека, который вёл себя вызывающе или совершал нечто, повергающее окружающих в шок. Третья, менее вероятная, — что это искажённая при переписи фамилия, например, Охрименко или Охренников, которую писарь записал на слух в самом грубом варианте.

В отличие от фамилий, образованных от крестильных имён (Иванов, Петров) или профессий (Кузнецов, Мельников), Охренеть стоит особняком. У неё нет «гнезда» однокоренных фамилий с тем же смыслом — нет, скажем, массовых Остолбеневых или Обалдеевых. Это единичный, точечный случай. Суффиксальный анализ здесь бесполезен: фамилия представляет собой чистую основу глагола в инфинитиве, что для русской фамильной системы нетипично. Обычно так оформлялись прозвища у старообрядцев или в среде духовенства (например, Разумовский), но здесь форма не адаптирована.

Носителей фамилии Охренеть в исторических источниках практически не найти — это не та фамилия, которую прославили дворяне или купцы. Скорее всего, она бытовала в крестьянской среде какой-то одной губернии, где закрепилась за одной семьёй как уличное прозвище, а затем по ошибке попала в метрику. Географию можно предположить по говорам: слово «охренеть» активно в северных и центральных областях России. Южные говоры чаще используют «офигеть» или «обалдеть».

В современном восприятии фамилия звучит вызывающе и комично, но для предка, получившего такое прозвище, оно было суровой констатацией факта — либо его характера, либо обстоятельств, в которых он оказался. Филологически это яркий пример того, как живая речь, минуя литературную норму, может породить фамилию, ломающую все правила словообразования.