Происхождение
Фамилия Опаалдлав
Фамилия Опаалдлав — один из самых необычных и, на первый взгляд, загадочных случаев в русской ономастике. С точки зрения привычных словообразовательных моделей русского языка (суффиксы -ов, -ин, -ский) она не поддаётся разбору. В ней нет ни одного из типичных фамильных суффиксов, а корень «Опаалдлав» не имеет аналогов в славянской лексике. Это сразу указывает на то, что перед нами не исконно русская фамилия, а переоформленное иноязычное имя или прозвище.
Наиболее вероятное объяснение — фамилия является русифицированной записью прибалтийско-финского или, возможно, карельского имени. В языках этой группы распространены сложные двухосновные имена, где первая часть могла звучать как «Опа» или «Оппо» (ср. карельское Oppo — уменьшительное от имени с корнем «богатство»), а вторая — «алдав» или «алто» (фин. «alto» — волна, или «alho» — низина). При переезде носителя такого имени в русскоязычную среду его записывали на слух, как слышали, без добавления суффиксов. Так возникла форма «Опаалдлав», где двойное «а» и конечное «в» — результат фонетической записи.
Географически фамилия тяготеет к северо-западу России: территориям бывшей Олонецкой губернии, Карелии и Вологодчины. В этих краях в XIX веке активно шёл процесс обрусения местного населения, и многие фамилии были образованы именно так — путём прямой фиксации личного имени или прозвища. Сословно предки носителя фамилии, скорее всего, были государственными крестьянами или мещанами из числа карел или вепсов. О дворянском происхождении речи не идёт: подобные «сырые» формы никогда не попадали в гербовники.
Вторая, менее правдоподобная версия — искусственное происхождение. В советское время при паспортизации могли возникнуть ошибки из-за неразборчивого почерка или опечатки в длинном слове. Однако в этом случае фамилия обычно имеет более привычное звучание, а «Опаалдлав» слишком специфична для случайной опечатки. Поэтому основная гипотеза — это сохранённое в письменном виде дохристианское или народное имя, которое в родной языковой среде имело чёткий смысл, но для русского уха превратилось в уникальный звуковой комплекс.