Фамилия Отъёбушкин — редкий и выразительный пример русской фамилии, образованной от глагольного прозвища с яркой экспрессивной окраской. Основа здесь — глагол «отъебать» в значении «отделить, оторвать, отломать» (диалектное, просторечное), а не современное обсценное значение, которое закрепилось позже. В русских говорах «отъебать» могло означать «отколоть, отбить кусок» или, в переносном смысле, «сильно ударить, отхлестать». Прозвище Отъёбыш или Отъёбушка давали человеку с крутым нравом, драчуну, либо тому, кто занимался грубой работой — например, отбивал косы, колол дрова или работал с камнем.

Суффикс -ушк- в основе (Отъёбушка) — это уменьшительно-ласкательная или уничижительная форма, характерная для прозвищ (ср. Ванюшка, Петрушка, Грязнушка). Так могли называть невысокого, шустрого или несерьёзного человека, который, тем не менее, был замечен в драчливости. Фамилия образована стандартным патронимическим суффиксом -ин, который крепится к основе на -а: Отъёбушкин буквально означает «сын Отъёбушки». Модель типична для северных и центральных регионов России, где фамилии на -ин распространены шире, чем на юге.

Географически фамилия тяготеет к северным и вологодским говорам, где слово «отъебать» в значении «отломать» фиксируется диалектологами. Встречается она крайне редко, в основном в переписях XIX века среди крестьян и мещан. В дворянских или купеческих родах такая фамилия не зафиксирована — её носители, скорее всего, были из простонародья, и прозвище давалось по поведению или ремеслу, а не по роду занятий.

Спорных версий здесь немного: попытки возвести фамилию к тюркским корням или к имени Ебуш (гипотетическому) несостоятельны, так как основа прозрачно славянская и глагольная. Единственный нюанс — написание с буквой «ё» под ударением: Отъёбушкин, а не Отъебушкин, что важно для правильного произношения и поиска в архивах. В дореволюционных документах могла писаться как «Отъебушкин» без «ё», что затрудняет идентификацию.

Сегодня фамилия сохраняется у единичных носителей, в основном в Вологодской и Архангельской областях. Она не утратила своей выразительности, но воспринимается как архаичная и редкая, что делает её ценным объектом для локальных генеалогических исследований.