Фамилия Овлоплова — редкий случай, когда прозвище, лёгшее в основу, почти наверняка связано не с родом занятий, а с внешностью или манерой поведения. Разбирать её нужно с конца: суффикс -ов указывает на принадлежность («чей?»), окончание -а — женский род. Мужская форма — Овлоплов. Основа — «овлопл» — явно искажённое или диалектное слово.

Самая вероятная версия: перед нами вариант фамилии Облопов (или Облоповов). В русских говорах «облоп» или «облопа» — прозвище обжоры, человека, который «лопает» (жадно ест). Приставка «об-» усиливает значение: не просто ест, а объедается. Со временем «Облопов» могло перейти в «Овлопов» из-за аканья (произношения «а» вместо «о») и упрощения группы согласных. Фамилия Овлоплова, таким образом, могла означать «дочь (или жена) Облопа» — то есть человека, известного своим неумеренным аппетитом.

Менее убедительная гипотеза — связь с диалектным «овлоп» как названием какого-либо орудия труда или части упряжи. Но в доступных словарях русских народных говоров такое слово не фиксируется, а прозвища от еды и питья в крестьянской среде были куда распространённее. Если бы основа была связана с ремеслом, скорее возникла бы фамилия на -ин (Овлопин) или -ский.

Фамилия чрезвычайно редкая. В дореволюционных источниках она почти не встречается, что говорит о её позднем оформлении (вероятно, в XIX веке) или локальном бытовании в одной-двух губерниях. Носительницы этой фамилии, скорее всего, происходят из среды бывших государственных или помещичьих крестьян центральной России, где акающие говоры были нормой.

С точки зрения словообразования, это классическая «прозвищная» фамилия, где внешняя неблагозвучность не должна смущать: в русской ономастике прозвища, данные «по недостатку», часто становились фамилиями — так же, как Неупокоев (беспокойный), Грязнов или Пьянков. Овлоплова — не исключение, а прямое отражение деревенской наблюдательности и склонности к метким, хоть и нелестным, именованиям.