Фамилия Паньдиков — один из тех редких случаев, когда в основе лежит не имя и не профессия, а, скорее всего, прозвище, искажённое до неузнаваемости. Ключ к разгадке — необычный корень «паньд-», которого нет в привычных русских именах. Самое правдоподобное объяснение: это фонетический вариант, возникший из прозвища Панька или Панько — уменьшительной формы от имени Пантелеймон (в народе — Пантелей, Пантюха, Панька). Суффикс «-дик» здесь вторичен: он мог появиться в результате переосмысления звучания. Представьте: Панька → Панькин → в некоторых говорах, где «к» перед гласной смягчалось и переходило в «дь», Панькин превращалось в Паньдин. А затем к основе Паньд- добавили типичный русский суффикс -ик (как в фамилиях Кузьдик, Федьдик), означающий «сын» или «маленький». Финальный -ов стандартно оформил фамилию по патронимической модели.

Есть, однако, и более экзотическая версия. В южнорусских и украинских говорах слово «паньдик» могло быть искажённым «пандык» — так называли человека, который «пандит», то есть важничает, ведёт себя по-пански, но без достатка. В этом случае Паньдиков — потомок того, кого дразнили за напускную важность. Эта гипотеза менее надёжна, так как слово «пандить» не фиксируется в словарях как устойчивое, но в живой речи такие прозвища возникали легко.

География фамилии подсказывает, что она тяготеет к югу России и востоку Украины. Встречается в Воронежской, Ростовской областях, а также в Краснодарском крае — регионах, где активно смешивались великорусские и малороссийские говоры. Именно в этой зоне звуковые переходы «к» в «дь» и обилие прозвищ от «пан» давали жизнь подобным фамилиям.

Сравните с однокоренными: Паньков, Панькин, Пантелеев. Паньдиков стоит особняком: он не от полного имени, а от уличного, «домашнего» варианта, который закрепился в документах случайно. Это фамилия не дворянская и не крестьянская по происхождению — скорее всего, её носители были однодворцами или вольными крестьянами, чьи прозвища фиксировали писцы на слух, не заботясь о единообразии. Так что если вы Паньдиков, ваши предки, вероятно, жили на границе диалектов и говорили на языке, где «Панька» звучало как «Паньдя».