Фамилия Петошины — это классический пример русской «семейной» фамилии, образованной от имени собственного. Если коротко: в её основе лежит народная форма канонического имени Пётр, а именно ласкательное Петоша. Получается цепочка: древнегреческое Петрос («камень») → церковное Пётр → домашнее Петоша → фамилия Петошин, закрепившаяся за потомками.

Словообразовательная модель здесь простая и очень распространённая: суффикс -ин указывает на принадлежность. Фамилии на -ин в русском языке традиционно образовывались от основ, оканчивающихся на -а или -я. Поэтому Петошин буквально означает «сын Петоши», то есть сын человека, которого в быту звали Петошей. Стоит отметить, что форма Петоша — не единственная уменьшительная от Петра (в ходу были Петруша, Петя, Петька), но именно она дала жизнь этой конкретной фамилии. Кстати, у неё есть и «родственники»: фамилии Петошев, Петошевский или Петошков, хоть и редкие, но встречаются в ономастических справочниках.

Имя Пётр пришло на Русь вместе с христианством и быстро стало одним из самых любимых. Святым покровителем считается апостол Пётр, один из двенадцати учеников Христа, которого в православной традиции называют первоверховным. Для крестьянской и посадской среды XVII–XVIII веков, когда фамилии только начинали массово закрепляться, такое имя было частым, поэтому и фамилий от его производных возникло множество: Петров, Петрушин, Петрищев, Петраков. Петошины — одна из таких ветвей, но с более редкой, «домашней» основой.

Точное место и время возникновения фамилии назвать трудно: процесс формирования русских фамилий растянулся на несколько столетий, а письменные источники фиксируют их неравномерно. Однако можно предположить, что фамилия зародилась в северных или центральных русских говорах, где уменьшительные формы с суффиксом -ош- (Петоша, Милоша, Яроша) были особенно употребительны. В документах петровской эпохи, когда начались переписи и ревизские сказки, носители фамилии с большой вероятностью уже были учтены как тягловые крестьяне или посадские люди.

Таким образом, фамилия Петошины — это не просто наследственное именование, а живой след языка: она сохранила ту форму имени, которую реально произносили в быту несколько веков назад. Это памятник не столько письменности, сколько устной народной традиции, где уважение к святому соседствовало с ласковым, домашним обращением.