Фамилия Пизщенава — редкий случай, когда написание сразу бросается в глаза и порождает вопросы. Её основа — нецензурное русское слово, но сама фамилия имеет совершенно другую природу и географию. Чтобы понять её происхождение, нужно отвлечься от современного звучания и посмотреть на словообразовательную модель.

Фамилия оканчивается на -ава. В русской ономастике такой суффикс нехарактерен. Зато он типичен для фамилий Западной Грузии (регион Самегрело). В мегрельском языке суффикс -ава (или -иа) образует фамилии от имени или прозвища предка. Например, Шеварднадзе, Гамсахурдия, но с окончанием -ава — Чиковани, Кандарели. Таким образом, Пизщенава — это грузинская (мегрельская) фамилия, а её основа, скорее всего, искажённое при передаче на русский язык грузинское имя или прозвище.

Какое именно? Здесь есть два основных пути. Первый: основа могла восходить к грузинскому слову или имени, которое русские чиновники или переписчики записали на слух, «подогнав» под знакомое, хоть и нецензурное, звучание. В грузинском есть, например, имя Пицхелаури или фамилия Пицхелаури (от «пицха» — глина, горшок), но фонетически это далеко. Второй, более вероятный вариант: фамилия происходит от прозвища, связанного с грузинским глаголом или существительным, которое в русской передаче дало сочетание «пизщ». Точную грузинскую этимологию восстановить сложно, так как фамилия очень редкая и не фиксируется в массовых справочниках. Ясно одно: перед нами не русская фамилия, а адаптированная к русской графике грузинская.

Социальный контекст тоже важен. Фамилии на -ава в Грузии historically носили крестьяне и свободные общинники, а не князья (у князей были окончания -дзе или -швили). Предки носителя фамилии Пизщенава, скорее всего, были простыми людьми из Мегрелии, чьё прозвище или родовое имя при переезде или записи в российских документах приобрело столь неожиданное для русского уха написание. В самой Грузии эта фамилия звучит нейтрально и не вызывает ассоциаций с русской ненормативной лексикой. Таким образом, фамилия Пизщенава — яркий пример того, как межъязыковое совпадение создаёт иллюзию неприличного смысла там, где его нет.