Фамилия Прулинту в русском контексте — явление редкое и, скорее всего, неисконное. Её структура и звучание выбиваются из привычных моделей русских фамилий, которые обычно заканчиваются на -ов, -ин, -ский или -их. Окончание -у, да ещё и ударное, наводит на мысль о западном, возможно, румынском или молдавском происхождении. В румынском языке суффикс -у часто образует фамилии от прозвищ, профессий или географических названий, причём слово может заканчиваться на гласный, что в русском языке выглядит как неизменяемая форма.

Что касается основы «Прулинт», то здесь есть несколько версий, и ни одна не является очевидной. Первая и самая прямая — связь с латинским словом prūnum («слива») или его производными. В романских языках, в том числе в румынском, могли существовать прозвища вроде «Prulin» или «Prulint», означающие «сливовый», «сливовое дерево» или даже «торговец сливами». Сравните с итальянской фамилией Prunetti или румынской Prună. Фамилия могла закрепиться за человеком, жившим у сливового сада или занимавшимся их выращиванием.

Вторая версия менее прозрачна, но возможна: основа могла быть искажена при переходе из другого языка или при записи в документах. Например, если исходная фамилия звучала как «Prulintu» (с ударением на «и»), она могла быть вариантом слова, связанного с «prul» — в некоторых диалектах румынского это могло означать «прут», «ветка» или «побег». В таком случае прозвище могло относиться к сухощавому, высокому человеку («как прут»).

Третья, более экзотическая гипотеза — искусственное происхождение. В XIX–XX веках в Российской империи и позже в СССР иногда меняли или адаптировали фамилии для благозвучия, или же фамилия могла быть образована от названия населённого пункта. Однако без привязки к конкретному региону (например, Бессарабия, где исторически жили молдаване) эта версия остаётся умозрительной.

Поскольку фамилия крайне редкая, а её носители в современной России почти не встречаются, можно предположить, что предки человека с фамилией Прулинту были выходцами из Молдавии или Румынии, переселившимися в русскоязычную среду. Сословная принадлежность могла быть любой — от крестьян до мелких ремесленников, но точных данных нет. Единственное, что можно сказать уверенно: фамилия не входила в число дворянских или купеческих родов, известных по справочникам.