Фамилия Пыкавый — редкий случай, когда исходное прозвище сохранилось почти без изменений, а не перешло в стандартную форму на -ов или -ин. В ней нет привычного суффикса принадлежности; перед нами чистое прилагательное, которое в прошлом отвечало на вопрос «какой?» и закреплялось за человеком как постоянная характеристика. Такие фамилии чаще встречаются на юге и западе России, в украинской и белорусской среде, где модель на -ый/-ий была продуктивнее, чем в северных говорах.

Корень «пык-» в русских диалектах имеет несколько значений, и все они связаны с быстрым, резким движением или звуком. В одних говорах «пыкать» — значит издавать отрывистые звуки, фыркать или покрикивать, в других — тыкать, толкать, совать нос не в своё дело. Отсюда и прозвище Пыкавый: так могли назвать человека суетливого, нетерпеливого, который постоянно вмешивается или говорит отрывисто, резко. Встречается и более конкретное значение — «задира», «драчун», что подтверждается старыми записями, где слово «пыка» фиксируется как синоним забияки.

Наиболее правдоподобная версия образования фамилии — от глагольной основы с суффиксом -ав-, который в восточнославянских языках давал прилагательные со значением склонности к действию (сравните: крик — крикливый, ворчун — ворчливый). Пыкавый — буквально «тот, кто пыкает», то есть обладает названной чертой характера. Менее вероятна связь с польским «pykać» (курить трубку, попыхивать), хотя в пограничных регионах такое влияние исключать нельзя.

Фамилия Пыкавый остаётся чрезвычайно редкой. По данным современных справочников, её носители рассеяны единичными семьями в центральных областях России и на Украине, без выраженного гнезда. Это говорит о том, что прозвище не дало массового потомства и не попало в число фамилий, закрепившихся за целыми крестьянскими общинами. Вероятнее всего, предок носителя фамилии был казаком или однодворцем — в этих сословиях нередко сохранялись прозвища в форме чистого прилагательного без патронимического суффикса.

В словарях русских фамилий Пыкавый не упоминается: ни у Унбегауна, ни у Веселовского, ни в поздних работах Никонова. Это дополнительно подтверждает её локальный, почти единичный характер. Для поиска корней носителю стоит смотреть не в общие справочники, а в метрические книги южных уездов — Курской, Воронежской или Харьковской губерний, где вероятность встретить фамилию в дореволюционных записях выше всего.