Фамилия Рабогошвили почти наверняка сложилась из двух грузинских основ, и её разбор даёт сразу две версии происхождения. Первая часть, rabi, восходит к слову «раввин», а вторая, boga, переводится как «плотина». Поэтому самое вероятное объяснение — перед нами потомок человека, которого в народе звали Рабога, то есть либо «раввин у плотины», либо просто тот, кто жил рядом с плотиной. Первый вариант выглядит убедительнее: звание или род занятий часто прирастало к имени, и со временем «равви Богашвили» (то есть раввин из рода Богашвили) превратилось в единую фамилию Рабогошвили. Вторая трактовка, чисто топографическая, тоже имеет право на жизнь, но она менее характерна для грузинской ономастики, где прозвища по месту жительства обычно оформлялись иначе.

Грузинский суффикс –швили переводится как «дитя, ребенок», и это один из самых распространённых фамильных формативов в Восточной Грузии. Его несут фамилии из Картлии, Кахетии, Месхетии и Джавахетии. Примечательно, что этот же суффикс часто встречается у грузинских евреев, которые перенимали местную модель образования фамилий. Это добавляет веса версии с «раввином»: для еврейской общины связь с религиозным саном в фамилии естественна, и фамилия Рабогошвили могла закрепиться именно в такой среде.

Словообразовательная цепочка проста: прозвище Рабога, данное конкретному человеку, перешло на его детей как «дитя Рабоги», а затем закрепилось за родом. Так что носитель фамилии Рабогошвили — это потомок человека с прозвищем, в котором соединились либо профессия и место, либо две разные традиции именования. В любом случае, перед нами редкий пример фамилии, где религиозный титул и бытовое слово слились в одно целое, и это делает её любопытным образцом грузинской антропонимики.