Фамилия Рамлов — редкий случай, когда корень слова почти наверняка не славянский, а немецкий или еврейский. В русском языке нет исконных слов, начинающихся на «рамл-», и это сразу указывает на западное или идишное происхождение. Скорее всего, основа — немецкое Rahm («сливки») или Ramm («таран», «баран»), но с характерным суффиксом -лов, который в русской среде переделал иноземную фамилию под местную грамматику.

Если разбирать по модели: суффикс -ов (в форме -лов) — это русский патронимический показатель «чей?». Он присоединился к основе, которая в оригинале могла звучать как Rahm или Ramm. Вариант с Rahm давал бы прозвище «сливочник» — возможно, молочник или торговец молоком. Вариант с Ramm — «баран» или «таран», то есть прозвище по упрямому характеру или военной профессии (стенобитное орудие). Оба корня встречаются в немецких фамилиях (Рам, Рамме), а окончание -лов — это уже русская адаптация, как у многих обрусевших немцев.

Есть и вторая версия: фамилия могла возникнуть у евреев-ашкеназов, говоривших на идише. В идише raml — уменьшительное от Ram (сокращение от Biblical имени Avraham). Тогда Рамлов — это русская форма от Рамл (с прибавлением -ов), что означало бы «потомок маленького Авраама». Такая модель типична для фамилий, образованных от библейских имён через уменьшительные суффиксы (ср. Берлов от Берл — «медвежонок», тоже от имени).

География фамилии узкая. Рамловы встречаются в основном в бывших чертах оседлости (Беларусь, запад России) и среди потомков немецких колонистов Поволжья. В дореволюционных метрических книгах эта фамилия фиксируется у мещан и крестьян — то есть не была дворянской. В советское время носители рассеялись, но концентрация остаётся низкой: в современных базах данных — не более нескольких сотен человек на всю страну.

Ономастический словарь Б. Унбегауна не упоминает Рамлова, что подтверждает его нечастоту. Важно: не путать с фамилией Рамловский (польский вариант с суффиксом -ский) — это другая модель, хотя корень может быть тот же. Если ваш предок был Рамловым, скорее всего, он происходил из среды обрусевших немцев или евреев, а сама фамилия — результат переоформления иноязычного прозвища или имени по русскому образцу в XVIII–XIX веках.