Фамилия Ребзуев — редкий случай, когда в основе лежит не имя, не профессия и не географическое название, а, скорее всего, диалектное прозвище. Её строение сразу бросается в глаза: суффикс -ев указывает на типичную русскую патронимическую модель («чей?» — сын Ребзуя), но вот само имя Ребзуй звучит необычно. Скорее всего, это не крестильное имя, а мирское прозвище, которое давали человеку по какой-то яркой черте.

Разбирать корень стоит с учётом возможной звуковой трансформации. Самая вероятная версия связывает фамилию с диалектным словом «ребзуй» или «рябзуй». В северных и сибирских говорах так могли называть рябого человека — то есть с заметными следами оспы на лице. Фонетический переход «ряб» → «реб» встречается в русских говорах (ср. «рябой» и диалектное «ребой»). Если это так, то прозвище Ребзуй означало «рябой, щербатый», а фамилия Ребзуев — «потомок Рябого».

Менее убедительная, но возможная версия выводит основу от глагола «ребзить» — в некоторых говорах это значило «суетиться, торопиться, делать что-то невпопад». Тогда Ребзуй — суетливый, непоседливый человек. Однако эта гипотеза слабее, так как глагол редкий и не образует устойчивых прозвищ.

Географически фамилия тяготеет к югу России и Поволжью. В дореволюционных метрических книгах Ребзуевы встречаются в основном в Саратовской и Самарской губерниях, а также среди казачества. Это косвенно подтверждает версию с рябым лицом: в оспенных эпидемиях XVII–XVIII веков следы на коже были массовым явлением, и прозвище могло закрепиться за целым родом. Сословно носители фамилии — чаще всего крестьяне и однодворцы, реже мещане.

В написании фамилии интересна конечная часть: суффикс -ев, а не -ов, что типично для основ на мягкий согласный или й. Если бы исходное прозвище звучало как Ребзуй, то форма Ребзуев абсолютно закономерна. Встречаются также варианты Ребзуевский — вероятно, более поздняя, «облагороженная» форма, появившаяся при переходе в духовное сословие.