Фамилия Ревпусов звучит необычно, и это не случайно: её основа — скорее всего, искусственное или переосмысленное слово, возникшее в советскую эпоху. В отличие от подавляющего большинства русских фамилий, образованных от крестильных имён, прозвищ или профессий, Ревпусов относится к так называемым «революционным» или «идеологическим» фамилиям, которые активно создавались в 1920–1930-е годы.

Корень фамилии — «Ревпус». С высокой вероятностью это аббревиатура, сложенная из двух частей: «Рев» (от «революция») и «Пус». Вторая часть может расшифровываться по-разному. Самая правдоподобная версия: «путь» или «путём» — то есть «Ревпуть» или «Революционный путь». В таком случае фамилия Ревпусов — это отчество от прозвища или псевдонима, данного человеку в честь новой идеологии. Модель образования типична: к основе на согласный добавили суффикс -ов, означающий принадлежность («чей?» — сын Ревпуса).

Есть и более экзотические расшифровки. Например, «Революционный пуск» (как символ начала новой эры) или «Революционный пус» (где «пус» — искажённое латинское «puls» — толчок, импульс). Однако именно «революционный путь» встречается в антропонимике чаще и логичнее, так как слово «путь» было одним из ключевых символов советского строя (ср. фамилии Ревпутьев, Путьев).

Суффикс -ов указывает на то, что фамилия формировалась по стандартной русской модели, хотя сама основа — новообразованная. Это отличает Ревпусовых от фамилий на -ин (как Ревпусин), которые могли бы возникнуть от женской основы. Географически такие фамилии не привязаны к конкретному региону — они могли появиться в любом городе или селе, где в 1920-е годы родители решали дать ребёнку «идейное» имя или прозвище.

В словарях и справочниках по русским фамилиям (например, у Б. Унбегауна или В. Никонова) Ревпусов не упоминается — это редкая и поздняя фамилия, не попавшая в классические своды. Носители её, скорее всего, потомки тех, кто в первые десятилетия советской власти сознательно выбирал новую идентичность, отказываясь от старых родовых имён и прозвищ. Фамилия — прямой отпечаток эпохи, когда язык и идеология переплетались, создавая необычные антропонимы.