Фамилия Ризвонов — довольно редкая, и её происхождение не лежит на поверхности. В отличие от множества фамилий, образованных от крестильных имён (Иванов, Петров), она скорее всего восходит к прозвищу или мирскому имени. Основа «Ризвон» — это искажённая или диалектная форма слова «ризница» или «риза». В церковном обиходе ризница — помещение при храме для хранения облачений и утвари, а ризы — это богослужебные одежды священников. Поэтому первая и самая логичная версия: Ризвон — прозвище человека, который служил при ризнице, то есть пономаря или сторожа, отвечавшего за сохранность облачений. Такие прозвища часто давали по роду занятий, и со временем они закрепились как фамилии.

Суффикс «-ов» указывает на типичную русскую модель образования: «чей?» — Ризвонов, то есть сын или потомок Ризвона. Обратите внимание на огласовку: вместо ожидаемого «Ризницев» или «Ризничный» мы видим «Ризвон». Это могло возникнуть из-за акающего произношения (в некоторых говорах «и» и «е» редуцировались) или из-за переосмысления малопонятного слова «ризница» в более простое «ризвон» (по аналогии со «звон»). Впрочем, есть и альтернативная, менее вероятная версия: связь с тюркским или кавказским корнем, где «риз» могло означать «тайна» или «секрет», но для русской фамилии с суффиксом «-ов» это нетипично.

Географически фамилия Ризвонов встречается крайне редко, преимущественно в центральных и южных областях России, где были сильны церковные традиции. В дореволюционных источниках она почти не фиксируется, что говорит о её локальном и, возможно, позднем возникновении — в среде духовенства или крестьян, обслуживавших храмы. Социальный контекст прост: предок носителя этой фамилии, скорее всего, не был священником (у тех фамилии часто заканчивались на «-ский»), а именно служителем низшего ранга — тем, кто следил за ризами и утварью.

Если отбросить гипотезы, то ключ к фамилии — в слове «риза». Это не про богатство и не про знатность, а про конкретную, хоть и скромную, церковную должность. Фамилия Ризвонов — редкий пример того, как профессиональное прозвище, пройдя через народную переделку, застыло в своей необычной форме.