Фамилия Розналевич — редкий пример того, как прозвище, а не крестильное имя, легло в основу рода. Её ядро — прозвище Розналь, а суффикс -евич указывает на отчество: Розналевич буквально значит «сын Розналя». Такая модель типична для западнорусских и польско-литовских земель, где фамилии на -евич/-ович были распространены среди мещан и шляхты.

Что могло означать само прозвище Розналь? Здесь есть несколько версий, и ни одна не выглядит надуманной. Самая простая отсылает к прилагательному «розный» — в старых говорах это «ветхий, дырявый, худой». Тогда Розналем называли небогатого человека, чья одежда или дом выглядели плачевно, либо ветошника — того, кто собирал и продавал старьё. Прозвище звучало бы с лёгкой насмешкой, но без злобы.

Вторая версия ведёт к существительному «розня» — «особица, отдельность, раздельность». Если принять её, Розналь — это человек нелюдимый, держащийся особняком, либо хозяин, чей двор стоял на отшибе. Такое прозвище хорошо приживалось в деревнях, где все друг друга знали и метко подмечали особенности соседей.

Есть и третья, менее очевидная гипотеза — связь с идишским словом «роза» (רויזע). В этом случае Розналем могли прозвать садовника, выращивавшего розы, или человека, чей дом утопал в цветах. Версия соблазнительная, но менее вероятная: для славянского прозвища естественнее опора на родное наречие, чем на заимствование, тем более что фонетический переход от «розы» к «Розналю» требует дополнительных допущений.

Как бы то ни было, прозвище закрепилось за человеком как основное именование, а его дети и внуки уже носили фамилию Розналевич. Судя по форме, фамилия оформилась не раньше XVI–XVII веков, когда патронимические суффиксы стали застывать в наследственные фамилии. Сегодня она встречается редко, и это делает её особенно ценной для потомков: за ней стоит не общее имя, а конкретная история конкретного человека, которого когда-то прозвали Розналем.