Фамилия Рукинглуз — редкий случай в русском ономастиконе, и её разговор начинается не с корня, а с вопроса: «А точно ли она русская?» Скорее всего, перед нами искусственная или семинарская фамилия, каких много давали в духовных училищах и семинариях XVIII–XIX веков. Священники и их дети часто получали фамилии, образованные от латинских, греческих или церковнославянских слов, причём нередко с долей иронии или намёка на характер. Рукинглуз может восходить к латинскому ruga — «морщина» и glus — «клей» или gluten — «склеивающий», что в вольном переводе даёт «сморщенный клей» или «стягивающий складки». В семинарской среде такие прозвища давали нерадивым или рассеянным ученикам, а иногда — забавным внешним чертам.

Вторая версия, менее правдоподобная, но не исключённая, — немецкое происхождение. Если фамилия пришла от немецких колонистов, её можно разложить как Rücken (спина) и Glut (жар, пыл) — «горячая спина», что могло быть прозвищем работящего человека. Однако такая форма нехарактерна для немецкой фамильной модели, где скорее встретились бы Rücken или Glut как отдельные фамилии. Поэтому семинарский след выглядит убедительнее: искусственные фамилии часто соединяли два слова в одно, и Рукинглуз — типичный пример такой «учёной» конструкции.

Суффикса в фамилии нет — она застыла в исходной форме, без русских окончаний -ов, -ин или -ский. Это дополнительный аргумент за её книжное, а не народное происхождение. В крестьянской среде фамилии такого типа почти не встречались; их носители — выходцы из духовного сословия, учителя или мелкие чиновники. Географически фамилия могла закрепиться в центральных губерниях, где были семинарии — например, в Московской, Владимирской или Ярославской, но точных данных о распространении нет.

Сегодня Рукинглуз — фамилия штучная, её носителей можно пересчитать по пальцам. В исторических документах она почти не попадается, что и понятно: искусственные фамилии редко переживали несколько поколений, если не становились основой для ветви священников. Тем, кто носит её сейчас, стоит искать корни в метрических книгах духовных училищ — там, где будущих пастырей награждали звучными, а порой и курьёзными фамилиями.