Фамилия Русинка — редкий случай, когда географическое прозвище обрело форму, характерную для украинских и белорусских фамилий. В основе лежит слово «русин» — так в прошлом называли жителей Руси, а позже, в XIII–XVIII веках, — восточнославянское население Галиции, Закарпатья и Подкарпатской Руси. Суффикс -к(а) здесь не уменьшительно-ласкательный, а указывает на лицо женского пола или на принадлежность: «Русинка» — дочь или жена человека по прозвищу Русин. По той же модели образованы фамилии Бойко → Бойченко, Лях → Ляшко, но с другим суффиксом.

В отличие от распространённых Русинов, Русиновых и Русинских, фамилия Русинка закрепилась в форме, которая почти не встречается в великорусских землях. Её ареал — западные регионы Украины, юго-восток Польши и, возможно, Словакия, где русинское население исторически составляло значительную часть жителей. Ономастический словарь Б. Унбегана не выделяет эту фамилию отдельно, но относит её к группе прозвищных фамилий на -ка, характерных для украинской антропонимии XVII–XVIII веков.

Вероятно, первый носитель фамилии — женщина, которую в документах записали как «Русинка» (например, вдова или дочь русина), а затем фамилия закрепилась за её потомками. Альтернативная, менее правдоподобная версия — происхождение от прозвища мужчины, которого за характер или внешность называли в женском роде: такое встречается, но редко. В любом случае, фамилия хранит память о древнем этнониме, который в XX веке почти исчез из официального употребления, но остался в фамилиях как маркер региональной идентичности.