Фамилия Шарандикова — женская форма мужской фамилии Шарандиков. В русской традиции такие фамилии образовывались от имени или прозвища отца с помощью суффикса -ов/-ев, а затем к ним добавляли окончание -а, указывающее на принадлежность женщине. Мужской вариант Шарандиков строится по той же модели, что и тысячи других русских фамилий (Иванов, Петров, Кузнецов), и означает «сын Шарандика» или «потомок Шарандика».

Основа фамилии — прозвище или некалендарное имя Шарандик. Его корень, скорее всего, связан с глаголом «шарандить» или существительным «шаранда». В русских говорах, особенно северных и сибирских, «шарандой» называли неуклюжего, медлительного человека, увальня. В некоторых диалектах слово имело ироничный оттенок: так говорили о том, кто делает всё медленно и с ленцой. Таким образом, первый носитель прозвища Шарандик мог получить его за свой неторопливый характер или неповоротливость.

Встречается и другая, менее вероятная версия: связь с тюркскими языками. В татарском и башкирском есть слово «шаран» (сороконожка) или «шаранда» — нечто шуршащее, шевелящееся. Но для русского уха такое прозвище звучало бы чужеродно, и в условиях смешанного проживания народов Поволжья оно могло прижиться как малопонятное, но звучное имя. Однако диалектное русское происхождение выглядит убедительнее.

Фамилия Шарандиков — редкая. Географически она тяготеет к северным и центральным областям России: встречается в архивах Вологодской, Костромской, Кировской областей. Известны случаи бытования фамилии и в среде староверов, которые нередко сохраняли архаичные прозвища и некалендарные имена дольше, чем основное население.

Суффикс -ик в основе Шарандик указывает на уменьшительно-ласкательную форму. В древнерусской антропонимии такие суффиксы часто добавляли к прозвищам взрослых людей (например, Козлик, Боровик), а не только к детским именам. То есть Шарандик — это не обязательно «маленький Шаранда», а скорее человек, которого в кругу своём называли с оттенком снисходительной фамильярности.

Сословного барьера у фамилии не было: Шарандиковы могли быть и крестьянами, и мещанами, и — реже — купцами. Дворянских родов с такой фамилией в гербовниках не зафиксировано. Фамилия не переводилась на иностранный лад и не меняла окончаний при миграции, что говорит о её устойчивости в русской среде.