Фамилия Шиторля — редкая, с неочевидной структурой, и её разбор требует осторожности. Первое, что бросается в глаза: окончание -ля нехарактерно для русских фамилий в именительном падеже. В русской ономастике фамилии на -ля чаще всего имеют иноязычные корни — украинские, белорусские, польские или еврейские. В украинском и белорусском языках суффикс -ля нередко образует прозвища от глаголов или существительных, указывая на действующее лицо (например, «гуля» от «гуляти», «крутиля»). Основа «шитор» в таком случае может быть искажённым вариантом слова «шити» (шить) или «шторити» (закрывать, занавешивать). Тогда Шиторля — это прозвище портного, швеца, либо человека, который занимался шторами или занавесями.

Вторая версия, менее вероятная, но допустимая: фамилия могла возникнуть как русификация западноевропейской или тюркской фамилии. Если предположить, что исходное звучание было, например, «Шитор» или «Шитер», то русское окончание -ля могло быть добавлено для адаптации (как в фамилиях «Корнеля» или «Бартеля»). В таком случае корень мог бы восходить к немецкому «Schitter» (свет, блеск) или румынскому «șitor» (плетение). Однако это гадательно — документальных подтверждений нет.

География фамилии тоже красноречива. Фамилия Шиторля не фиксируется в массовых списках русских фамилий XIX века, не встречается в словарях Б. Унбегауна или В. Никонова. В современных базах данных (например, в телефонных справочниках или реестрах) носители единичны, и основная масса живёт в западных регионах России и на Украине. Это косвенно подтверждает украинское или белорусское происхождение.

Самый правдоподобный путь: фамилия образована от прозвища Шитор (или Шитора) с помощью уменьшительно-пренебрежительного суффикса -ля, что было типично для южнорусских и украинских говоров. Предок носителя, скорее всего, был ремесленником, связанным с шитьём или текстилем, и его прозвали «Шиторля» — «тот, кто шьёт» или «мелкий портной». Сословно такие фамилии чаще всего принадлежали крестьянам или мещанам, а не дворянам.

Таким образом, фамилия Шиторля — это не случайный набор звуков, а указание на ремесло предка, записанное в местной разговорной форме. Она не входит в число распространённых, но именно редкость и нестандартное окончание делают её ценной для семейной истории.