Фамилия Штопангандолов — один из самых ярких примеров искусственной, «кабинетной» фамилии, созданной в среде духовенства. Её происхождение не связано с ремеслом или прозвищем, а лежит в области семинарского юмора и учёной традиции XVIII–XIX веков. Основа — греческое словосочетание «στό πανάγαν δόλος» (сто панаган долос), что можно перевести как «всецелая хитрость» или «всеобщее лукавство». Фактически это калька с греческого, придуманная для будущего священника: фамилия должна была звучать торжественно и назидательно, напоминая о борьбе с коварством.

Модель образования типична для семинарских фамилий: греческий корень (часто искажённый или переосмысленный) плюс русский суффикс -ов, указывающий на принадлежность. В данном случае финаль -долов возникла, скорее всего, из-за приспособления греческого звучания к русскому уху: «долос» (хитрость) превратилось в «долов», а приставка «сто панаган» слилась в «Штопанган». Такие фамилии нередко давали выпускникам духовных академий и семинарий — как знак учёности и отличия от крестьянских или дворянских родов.

Географически фамилия встречается крайне редко, преимущественно в записях XIX века по центральным губерниям России — там, где были крупные духовные учебные заведения (например, в Ярославской или Костромской губерниях). Носители, вероятно, были выходцами из среды сельского духовенства: дьячки, пономари или священники. Сословная принадлежность — почти наверняка потомственное духовенство, так как искусственные фамилии редко переходили в другие сословия без особых причин.

Сравнение с однокоренными фамилиями — например, Долгов или Хитров — показывает разницу: те образованы от русских слов и могли возникнуть в любой среде. Штопангандолов же стоит в ряду таких же семинарских курьёзов, как Благонравов, Любомудров или Тихомиров, но с явным оттенком иронии: «лукавство» — не самая лестная добродетель для будущего пастыря. Возможно, это была шутка преподавателя или самоирония самого семинариста.

В современной России фамилия практически исчезла: по данным из открытых источников, её носителей — единицы, и все они, скорее всего, потомки той самой духовной династии. Уникальность Штопангандолова в том, что она сохранила в себе и греческую учёность, и русский быт семинарии, и намёк на характер предка — пусть и книжный, выдуманный.