Фамилия Сикуринец — редкий случай, когда корень слова почти наверняка указывает на профессию, но не самую очевидную. Основа «сикур» восходит к латинскому securis — «топор». В русский язык это слово попало через польское посредничество (siekiera) или через южнославянские языки, где «секира» означала боевой топор. Однако носитель фамилии Сикуринец, скорее всего, не был воином. В украинской и белорусской среде, откуда, вероятнее всего, происходит фамилия, «сикура» или «секира» — это просто плотницкий или дровосечный инструмент. Суффикс «-ец» указывает на принадлежность: Сикуринец — это «сын того, кто работает секирой». То есть плотник, лесоруб или даже мастер по изготовлению топоров.

Окончание «-инец» — довольно редкая для восточнославянских фамилий модель. Чаще встречается форма «Сикура» или «Сикуренко». Суффикс «-инец» характерен для западноукраинских и белорусских говоров, где он мог служить для образования названий жителей местности или профессионалов. Это отличает Сикуринца от более частотных фамилий на «-ов» и «-ин» и сразу сужает ареал: скорее всего, корни фамилии лежат на Волыни, в Подолье или в Гродненской области.

Встречается и более прозаичная версия: «сикуринец» могло быть прозвищем человека, который носил с собой топор — не обязательно плотника, а, например, разбойника или просто сурового мужика. Но в крестьянской среде топор был обыденным орудием, поэтому связь с ремеслом выглядит убедительнее. Дворянских родов с такой фамилией в исторических документах не зафиксировано — это, скорее всего, фамилия сельского сословия, записанная в XIX веке при массовой паспортизации.

Интересная деталь: в некоторых говорах «сикура» могла означать не только топор, но и зарубку, метку на дереве. Тогда Сикуринец — это человек, ставивший метки, например, лесной объездчик или кто-то, кто размечал границы участков. Но это уже более тонкая версия, которая опирается на диалектную лексику и не имеет массового подтверждения. Основная, самая прямая и правдоподобная версия — потомок плотника или лесоруба.