Фамилия Смоликов — из числа тех, что образованы от прозвища, а не от крестильного имени. Основа здесь — прозвище Смолик, которое напрямую восходит к нарицательному «смола». Но за этим простым на первый взгляд корнем стоит не одна, а целых две равноправные версии происхождения, и обе уходят в народный быт.

Первая версия — профессиональная. Смоликом на Руси могли называть человека, чья работа была связана со смолой: смолокура, который гнал дёготь и смолу из бересты или сосновой древесины, либо того, кто смолил лодки, канаты и деревянные строения. Это был тяжёлый, грязный и вместе с тем необходимый промысел, особенно в лесных и речных регионах, где без просмолённой лодки не обойтись. Прозвище закреплялось за мастером, а затем переходило к его детям и внукам уже как фамильное имя.

Вторая версия — описательная, и она относится к внешности. Смоликом могли прозвать человека за цвет волос или кожи: смуглого, черноволосого, будто вымазанного смолой. Такие прозвища по внешнему признаку в крестьянской среде встречались сплошь и рядом — рядом с Беляком и Рыжим вполне мог жить Смолик. Отличить, какая из версий верна для конкретного рода, сегодня уже невозможно, но обе они одинаково правдоподобны.

Сама фамилия сформировалась по стандартной для русских фамилий модели: к основе Смолик добавили патронимический суффикс -ов, который отвечал на вопрос «чей?». То есть Смоликов — это буквально «сын Смолика». Такая модель в XV–XVII веках была самой массовой в центральной России, и она же породила множество однокоренных фамилий: Смолин, Смольников, Смоляков. Все они — родственники по корню, но Смоликов выделяется тем, что сохранил в основе именно уменьшительно-ласкательную форму прозвища, что говорит о тёплом, бытовом отношении к предку.

Интересно, что фамилия Смоликов встречается в основном в южнорусских и поволжских регионах, где смолокурение было особенно развито. В документах XVII–XVIII веков смоликов и смольников часто фиксировали именно как людей «смоляного дела», что косвенно поддерживает профессиональную версию происхождения. Однако в каждом конкретном случае фамилия могла возникнуть независимо в разных семьях — по одной из двух причин, и это нормально для русской ономастики.