Фамилия Солертовская звучит не по-русски, и это не случайно. В её основе, предположительно, лежит латинское нарицательное слово sollertia, которое переводится как «мастерство», «изобретательность» или «хитрость». Если эта версия верна, то фамилию могли дать молодому человеку, который выделялся на фоне сверстников особыми успехами в учении, был ловок в делах, остроумен и сообразителен. Прозвище, характеризующее ум и смекалку, легко закреплялось за человеком и переходило к его потомкам.

Словообразовательная модель здесь необычна для русских фамилий. Мы привыкли к суффиксам -ов и -ин, которые присоединяются к основе имени или прозвища: от нарицательного «роза» возникает фамилия Розов, а не Розин, хотя по правилам русского языка суффикс -ов обычно сочетается со словами мужского рода. В случае с Солертовской мы видим суффикс -ск-, который чаще указывает на географическое происхождение или принадлежность к месту, а также характерен для фамилий, образованных от латинских или польских основ. Это говорит о том, что фамилия могла формироваться под влиянием западноевропейской традиции, возможно, через духовную семинарскую среду, где латынь была языком обучения и где нередко давали «благозвучные» фамилии от латинских корней.

Представители фамилии Солертовских встречаются в исторических источниках, преимущественно связанных с Владимирской областью. Так, в Книге памяти Владимирской области упоминаются Матрена Федоровна Солертовская, родившаяся в 1888 году в деревне Яковлево Ковровского района, священник Иван Васильевич Солертовский, родившийся в 1896 году в Петушинском районе, и Сергей Иванович Солертовский, родившийся в 1890 году в городе Александров. Обращает на себя внимание тот факт, что среди носителей есть священник. Это косвенно подтверждает версию о семинарском происхождении фамилии: в среде духовенства было принято образовывать фамилии от латинских слов, подчеркивая образованность и интеллектуальные достоинства предка.

Однако точно определить время и место возникновения рода Солертовских можно лишь на основании серьезных генеалогических исследований. Разброс дат и мест рождения в пределах одной области говорит о том, что род был достаточно распространен, но при этом не выходил за рамки определенного региона. Возможно, фамилия закрепилась в какой-то местности через несколько поколений священников или учителей, а затем разошлась по соседним уездам. Пока же мы можем лишь утверждать, что перед нами редкий пример фамилии с латинским корнем, которая сохранила память о качествах своего первого носителя — человека умного, изобретательного и, вероятно, весьма успешного в делах.