Фамилия Спожинцев — редкий случай, когда в основе лежит не имя, не профессия и не географическое название, а календарный обряд. Её ядро — слово «спожинки» или «спожина», то есть окончание жатвы, праздник урожая. В восточнославянской традиции так называли последний сноп, который торжественно срезали, завивали лентами и несли в дом. Человек, родившийся или крещённый в этот день, мог получить прозвище Спожин; со временем оно превратилось в фамилию.

Суффикс -ев указывает на принадлежность: Спожинцев буквально значит «сын Спожина». Формально это патроним, но не от крестильного имени, а от мирского прозвища, данного по времени года. Такие «календарные» фамилии встречаются нечасто — например, Рождественский (от Рождества) или Крещенский (от Крещения). Спожинцев стоит в том же ряду, но с бытовым, а не церковным корнем.

География фамилии узкая. Основной массив носителей — юг России и восток Украины, особенно Курская, Белгородская и Воронежская области. В этих краях «спожинки» были главным крестьянским торжеством конца лета, и прозвище там держалось крепче, чем в северных губерниях. За Уралом и в Сибири фамилия встречается единично, скорее всего, как след переселенцев конца XIX века.

С точки зрения словообразования фамилия примечательна тем, что сохранила чередование корня: в инфинитиве «спожинать» (собирать урожай), в основе существительного — «спожин». Это архаичная модель, почти утраченная в современном языке. Если сравнивать с однокоренными — Пожинский, Жинцев — то Спожинцев стоит особняком: приставка с- здесь не «сбор», а «завершение», «окончание» действия.

Сословная принадлежность предков, судя по суффиксу и корню, — крестьянство или однодворцы. Дворянских родов с такой фамилией не зафиксировано. В дореволюционных метрических книгах Спожинцевы чаще всего записаны как государственные крестьяне, реже — мещане. Фамилия не получила широкого распространения и не «обросла» знаменитыми носителями, но именно это делает её ценной для этимолога: она не затерта до гладкого смысла, а хранит прямой отсыл к полевому празднику, который почти забыт.