Фамилия Сритевсебя — редчайший случай в русской ономастике, где прозвище перешло в фамилию почти без изменений, сохранив глагольную конструкцию. Это не типичная модель с суффиксами -ов или -ин, а застывшая фраза в повелительном наклонении: «сри́те себя». В дореволюционной России такие «говорящие» фамилии давали не при крещении, а в качестве уличного прозвища, причем чаще всего — с явной иронией или насмешкой.

Основа прозвища — глагол «срать» в значении «испражняться», а «себя» усиливает действие. В народной среде подобные прозвища могли закрепиться за человеком неряшливым, неопрятным или, напротив, настолько бесцеремонным, что окружающие в сердцах бросали ему эту фразу. Есть и другая версия: в некоторых говорах «срать» означало также «сорить, пачкать», и прозвище могло относиться к тому, кто не следил за чистотой в доме или на рабочем месте.

Словообразовательная модель здесь уникальна. Обычно русские фамилии от глагольных форм образуются через суффиксы причастий (Плывунов, Сидякин) или через прозвища-существительные (Враль, Брехун). Но «Сритевсебя» — это прямая императивная конструкция, как у фамилий Убейкобыла или Дериглазов. Такие формы встречаются преимущественно на юге России, в казачьих областях и среди однодворцев, где прозвища были особенно хлесткими и прямыми.

В официальных документах фамилия почти не фиксируется — это не дворянская и не купеческая фамилия. Её носители, скорее всего, происходили из крестьян или мещан, и прозвище давалось не по роду занятий, а по поведению или внешнему признаку. В современных телефонных справочниках и базах данных фамилия встречается единично, в основном в центральных и южных регионах России, что подтверждает её локальный и нестандартный характер.

Сравнение с однокоренными фамилиями (Сракин, Срачев, Срибный) показывает, что Сритевсебя стоит особняком: она не была переосмыслена через суффиксы, не смягчилась со временем. Это редкий пример того, как народная меткость и прямота застыли в фамилии без цензуры и литературной обработки.