Фамилия Тарпищева — яркий пример того, как прозвище, данное за характер или поведение, закрепилось в родовом имени. Её основа — прозвище Тарпищ, которое, скорее всего, восходит к диалектному глаголу «тарпиться» — упрямиться, капризничать, делать что-то назло. В русских говорах, особенно в южных и центральных областях, «тарпой» или «тарпилой» называли упрямого, своенравного человека, который стоит на своём вопреки здравому смыслу. Таким образом, первый носитель прозвища Тарпищ был, вероятно, человеком с трудным, строптивым характером.

Суффикс «-ев» указывает на стандартную русскую патронимическую модель: «чей?» — Тарпищев, то есть сын или потомок Тарпища. Форма Тарпищева — женский вариант фамилии, образованный по тому же принципу, что и большинство русских фамилий на -ов/-ев. В отличие от фамилий на -ин (от основ на -а/-я), эта модель типична для основ на твёрдый согласный. Важно, что прозвище не было образовано от крестильного имени или профессии — это чисто бытовая, «мирская» характеристика, что встречается реже и делает фамилию более самобытной.

Географически фамилия не имеет узкой привязки: носители встречаются в разных регионах России, но с заметным тяготением к югу и центральной части. Известный носитель — Шамиль Тарпищев, президент Федерации тенниса России, чья фамилия стала широко известна. Его происхождение (из Дагестана) не противоречит русской этимологии: фамилия могла быть принесена в регион русскими переселенцами или закрепиться в результате межэтнических контактов. Однако есть и другая, менее вероятная версия: связь с тюркским корнем «тарпы» — «быстрый, резвый» (откуда, кстати, и слово «торопить»). Но в русском контексте она выглядит натянутой, так как суффикс «-ищ» характерен именно для русских прозвищных форм (ср. Громила, Воробей — Воробьище).

В итоге фамилия Тарпищева — это не «дворянская» и не «географическая», а прозвищная, бытовая. Она прямо говорит о характере предка: упрямого, своенравного, возможно, даже вздорного человека, который не поддавался уговорам. В этом её историческая ценность — она сохранила живую черту русского народного быта, где прозвище часто было точнее паспорта.