Фамилия Тоусен — редкий пример того, как русская письменность адаптировала иностранное имя, почти не изменив его звучания. С высокой вероятностью это русифицированная форма фамилии или имени, восходящей к скандинавским или, шире, германским корням. Если взять за основу модель «Тоусен», то она почти прозрачно читается как патроним на -сен: датский или норвежский вариант окончания, соответствующий английскому -son или немецкому -sohn, то есть «сын». В таком случае основа «Тоу» — это, скорее всего, усечение от имени Томас (Тоусен = «сын Томаса») или от скандинавского имени Тау (Tau).

В русском контексте фамилия могла появиться двумя путями. Первый — через обрусевших потомков скандинавов (например, из числа пленных шведов, оставшихся в России после Северной войны, или через купцов и мастеровых, осевших в Петербурге и Прибалтике). Второй — через немецкое посредничество: в немецком языке фамилия Thomsen или Tausen записывалась через «th», а при переносе в русские документы «th» могли передать как «т», а окончание переделать в «сен». Интересно, что написание «Тоусен» встречается в исторических списках жителей Санкт-Петербургской губернии XIX века, что подтверждает версию о прибалтийско-немецком или финском следе.

Суффикс -сен в русской среде нехарактерен: исконные русские фамилии образуются через -ов, -ев, -ин. Поэтому Тоусен сразу указывает на нерусское происхождение предка. Словообразовательная модель здесь простая: основа (личное имя или прозвище) + патронимический суффикс. Никакого дополнительного русского суффикса фамилия не получила — она осталась в том виде, в каком была записана в метрике или ревизской сказке.

Версия о том, что фамилия могла произойти от тюркского корня (например, «тоус» — какая-то местность или прозвище), маловероятна: окончание -сен тюркским языкам не свойственно, а русские фамилии из тюркских основ обычно получают суффиксы -ов/-ев. Спорных гипотез здесь немного, и самая правдоподобная — скандинавская.

Таким образом, предки человека с фамилией Тоусен, скорее всего, были выходцами из Дании, Норвегии или Швеции, переселившимися в Российскую империю в XVIII–XIX веках. Род их занятий мог быть связан с мореплаванием, ремеслом или военной службой, но точных данных об этом нет — фамилия осталась малочисленной и локальной.