Фамилия Туксикова — редкий случай, когда при взгляде на окончание не сразу поймёшь, откуда она родом. По модели образования это типичная русская фамилия с суффиксом -ов, стоящая в женском роде (мужской вариант — Туксиков). Но вот основа Туксик- заставляет задуматься: в ней нет привычного корня от крестильного имени или профессии.

Самый вероятный источник — прозвище Туксик. В говорах русского севера и Сибири словом «тукс» или «тукса» называли жир, сало, а иногда и масло. Человек с таким прозвищем мог быть либо плотным, упитанным, либо, что встречалось чаще, иметь отношение к торговле или производству жировых продуктов — например, быть скорняком, работавшим с салом, или торговцем. Суффикс -ик в прозвище уменьшительно-ласкательный, что типично для бытовых, «домашних» имён в русской деревне: Туксик — «маленький жирный» или «сынок того, кто с жиром».

Вторая версия, менее вероятная, но имеющая право на существование, — связь с тюркскими языками. В ряде тюркских наречий «тукс» означает «полный», «сытый». Учитывая, что фамилия встречается в Поволжье и на Урале, где столетиями жили рядом русские и тюркские народы, не исключён вариант заимствования прозвища из татарского или башкирского. Однако русский суффикс -ик и патронимический -ов говорят в пользу того, что носитель фамилии уже был русифицирован.

Географически фамилия Туксикова крайне редка. Основные очаги — Кировская область и Удмуртия. Это указывает на вятское происхождение: именно там, в старообрядческих и крестьянских сёлах, сохранялись некалендарные прозвища, превратившиеся в фамилии. Дворянского или духовного сословия среди Туксиковых не было — фамилия чисто крестьянская, возникшая не раньше XVII–XVIII веков, когда закрепилась модель «прозвище + -ов».

Если сравнивать с однокоренными, то есть фамилии Туксов, Туксанов, Туксин. Все они от того же корня «тукс», но Туксикова выделяется именно уменьшительной формой, что делает её более «домашней» по звучанию. В документах переписей XVIII века такой вариант не встречается — фамилия, скорее всего, оформилась уже после ревизских сказок, в XIX веке, когда прозвища стали фиксироваться как наследственные.