Фамилия Урлайнис — редкий случай в русском ономастиконе, который почти наверняка не имеет славянских корней. Её происхождение ведёт нас в Прибалтику, а точнее — в Латвию. Основа фамилии, «Урлай-», скорее всего, восходит к латышскому слову «urlāt» или «urla», что связано с понятием «ворчать», «брюзжать», «урчать». В таком случае прозвище Урлай мог получить человек с ворчливым нравом или низким, рокочущим голосом. На это указывает и характерный суффикс «-нис»: в латышском языке он выполняет ту же роль, что русские «-ов» или «-ин», то есть буквально означает «сын Урлая» или «принадлежащий к роду Урлая». Таким образом, Урлайнис — это типичная латышская патронимическая фамилия.

Если копнуть глубже, возможна и другая, менее очевидная версия. В некоторых диалектах литовского и латышского языков встречается слово «urlys» — «крот». Прозвище Урлайс могло относиться к человеку, который, подобно кроту, копается в земле, работает в поле или отличается скрытным, уединённым образом жизни. В этом случае фамилия стала бы профессионально-характеризующей, указывая на земледельца или просто на нелюдимого человека. Обе версии имеют право на существование, но первая, «ворчливая», встречается в ономастических справочниках чаще.

Написание фамилии через «и» (Урлайнис) вместо ожидаемого латышского «-s» на конце (Uzlainis) — признак русификации. В XIX веке, когда фамилии активно фиксировались в документах Российской империи, латышские окончания часто адаптировали под русскую грамматику, добавляя «-с» или заменяя его на «-ис». Поэтому в метрических книгах Курляндской или Лифляндской губерний фамилия могла выглядеть как Урлайнисъ.

В отличие от многих русских фамилий, Урлайнис не имеет широкой географии. Его носители компактно проживают в Латвии, а также в общинах латышских переселенцев в России и США. Встретить её в центральной России — редкость. Сословно фамилия не элитарна: она не принадлежала дворянству или купечеству, а происходила из крестьянской или ремесленной среды, что типично для латышских патронимов, возникших в массе своей в XIX веке после отмены крепостного права.