Фамилия Весвало — редкий случай, когда в основе лежит не прозвище и не имя, а, скорее всего, иноязычное слово, переосмысленное на русской почве. Сразу бросается в глаза её нетипичное окончание на -о. В русской традиции фамилии на -о чаще всего украинского происхождения (как Шевченко, Коваленко) или белорусского (как Громыко). Но форма «Весвало» не похожа на типичные украинские фамилии, которые обычно образованы от личных имён или профессий. Скорее всего, это русифицированная запись фамилии, имеющей иные корни.

Самая правдоподобная версия связывает Весвало с эстонским или финским языком. В эстонском слово «vesi» означает «вода», а «vaal» — «кит». Звучит необычно, но именно так могло возникнуть прозвище «Весвало», данное человеку, связанному с морем: рыбаку, моряку, зверобою. В прибалтийских губерниях Российской империи такие прозвища, основанные на природных объектах, были распространены. При переезде в русскоязычную среду фамилию могли записать на слух, потеряв мягкость окончания и закрепив форму на -о. Альтернативная, но менее убедительная версия — связь с диалектным русским глаголом «весва́ть», который в некоторых говорах означал «веселиться, шутить». Однако слово это крайне редкое, и фамилия от него образовалась бы скорее как Весвалов.

Обратите внимание на географию. Если поискать носителей фамилии Весвало, они чаще всего встречаются на северо-западе России, в Ленинградской области, Карелии и в Санкт-Петербурге. Это прямо указывает на регион, где исторически сильны прибалтийско-финские языковые контакты. Именно там фамилия могла возникнуть и закрепиться. В отличие от фамилий с суффиксами -ов или -ин, которые указывают на принадлежность («чей сын?»), Весвало — это застывшая основа, что типично для нерусских фамилий, принятых в русскую культуру.

Таким образом, предок человека с фамилией Весвало, вероятнее всего, жил на побережье Балтийского моря, мог быть рыбаком или охотником на морского зверя. Его прозвали «Весвало» — по-эстонски «водяной кит» или просто «кит» — и это прозвище стало родовым. Фамилия сохранила память о древнем промысле и о том, как в многонациональной Российской империи слова из одного языка становились фамилиями в другом.