Происхождение
Фамилия Виносёлова
Фамилия Виносёлова — женская форма фамилии Виносёлов, и её разбор стоит начать с ударения: оно падает на последний слог — Виносёлов. Это не случайность, а ключ к происхождению. В русских фамилиях суффикс -ов обычно безударный, но здесь ударение на ё указывает, что основа не от «вино», а от глагола «виносёть» или диалектного «виносёл». В говорах северных и сибирских областей «виносёл» — человек, который «носит сёла», то есть переезжает с места на место, бродяга или переселенец. Слово образовано от «вино» (в значении «вон, прочь») и «сёла» (селения), буквально — «уходящий из сёл». Возможна и другая версия: «виносёл» как прозвище того, кто разносил вести или товары по деревням, но первая гипотеза правдоподобнее — она объясняет редкую для фамилий глагольную основу и ударение.
Фамилия редкая и явно недворянская. В дореволюционных списках она не встречается среди знати, а её носители, скорее всего, были крестьянами или посадскими людьми из северных губерний — Архангельской, Вологодской, Вятской. Именно там бытовало слово «виносёл» как характеристика непоседливого человека, который не держится за одно место. Суффикс -ов типичен для русских фамилий, образованных от прозвищ, и здесь он указывает на принадлежность: «сын Виносёла». Интересно, что в некоторых переписях XIX века встречается вариант «Виноселов» (без ё), что могло быть следствием неграмотности писцов, но ударение в таком случае ставилось бы на второй слог, меняя смысл на «тот, кто делает вино» — однако это маловероятно, так как профессиональные фамилии виноделов обычно звучат как Виноделов или Винокур.
Сравнение с однокоренными фамилиями — Виноходов (от «виноход» — иноходец, лошадь) или Винославский (искусственная семинарская фамилия) — показывает, что Виносёлов стоит особняком: в ней нет ни конской, ни церковной тематики. Это чисто бытовое прозвище, закрепившееся в одной локальной традиции. Если вы носите эту фамилию, ваши предки, вероятно, были людьми подвижными — не оседлыми крестьянами, а теми, кто уходил на заработки или в новые земли, что для русского Севера XIX века было обычным делом.