Фамилия Воровицкая — редкий случай, когда основа ясна, а вот её происхождение неочевидно. Слово «вор» в корне сразу бросается в глаза, но было бы ошибкой думать, что предок обязательно промышлял кражами. В древнерусском языке «воръ» означало не только преступника, но и «забор», «ограду», а также «лжеца» или «колдуна». Поэтому у фамилии как минимум три непересекающиеся версии.

Суффикс -ицк- указывает на географическое происхождение: такие фамилии давали по названию местности. Воровицкая — значит «из Воровиц» или «из Воровичей». В польской и западнорусской традиции (сейчас это территория Беларуси и Украины) села с корнем Воров- встречаются: например, Воровичи или Воровщизна. В таком случае фамилия закрепилась за помещицей или крестьянкой, переселившейся из этих мест, и отвечает на вопрос «чья ты?» — «воровицкая».

Вторая версия отталкивается от прозвища Вор, которое давали не только за воровство. Вором в XVI–XVII веках называли лихого человека, разбойника, но также и «ворожея», «знахаря» — того, кто «воро́жит». Фамилия могла закрепиться за потомками такого человека, а суффикс -ицк- добавился по модели дворянских или шляхетских фамилий (ср. Троицкий, Преображенский). Это нередко случалось, когда крестьянин получал фамилию по церковному празднику или прозвищу, но с «благородным» окончанием.

Третья, менее очевидная версия — топонимическая, но с другим корнем. В некоторых говорах «воровица» означала «высокое место», «возвышенность». Если предок жил на холме или крутом берегу, его могли прозвать Воровицей, а потомков — Воровицкими. Эта гипотеза слабее, потому что не подтверждена массовыми данными, но исключать её нельзя — ономастика знает примеры, когда прозвище по рельефу переходило в фамилию.

Фамилия женская, мужской вариант — Воровицкий. Встречается редко, преимущественно в центральных областях России и на юге Беларуси. Известных носителей с громкой исторической фамилией нет, что типично для фамилий, не попавших в дворянские родословные книги. Самое вероятное: предки были крестьянами или однодворцами, а фамилию получили либо по месту выхода, либо по прозвищу, которое со временем потеряло первоначальный смысл.