Фамилия Востьянов — одна из тех, где внешняя простота обманчива. На первый взгляд она кажется образованной от некоего «Востьян», но такого имени или прозвища в древнерусском обиходе не зафиксировано. Ключ к разгадке лежит в диалектной фонетике и в том, как крестьянское ухо перерабатывало книжные, церковные формы.

Самая вероятная версия: Востьянов — это фонетический вариант фамилии Остьянов (с акающим произношением: Астьянов). В свою очередь, Остьянов восходит к каноническому имени Евстигней (от греческого «благие знамения»). В народной речи имя Евстигней сокращалось до «Евстигнейка», «Стигней», а затем и до «Остя» или «Востя». Приставка «В» здесь — типичное явление для русских говоров: её могли добавлять для удобства произношения (ср. Востров — от Остров, Вахромеев — от Ахромей). Таким образом, Востьян — это народная, обиходная форма крестильного имени, а Востьянов — «сын Востьяна».

Менее распространённая, но не исключённая версия связывает фамилию с прозвищем от диалектного слова «вость» или «вострый». В некоторых северных и сибирских говорах «вострый» — то же, что «острый». Прозвище Вострый (Острый) давали либо бойкому, проницательному человеку, либо тому, кто работал с острыми инструментами. Суффикс -ьянов в таком случае — вариант притяжательного суффикса -ов, закрепившийся после мягкой основы (ср. Зорьянов, Бутьянов).

Географически фамилия Востьянов встречается нечасто, но имеет отчётливую привязку к северу России, особенно к Архангельской области и бывшим территориям Поморья. Это косвенно подтверждает первую версию: именно в северных диалектах хорошо сохранились архаичные формы имён и произносительные особенности. В XIX веке Востьяновы — это преимущественно государственные крестьяне и мещане, то есть свободное, не крепостное население.

Словообразовательная модель фамилии примечательна тем, что суффикс -ьянов встречается реже, чем стандартные -ов и -ин. В официальных документах фамилию могли записывать и как Остьянов, и как Востьянов, пока написание не закрепилось за конкретной ветвью рода. Современному носителю стоит учитывать, что его фамилия — живое свидетельство того, как церковное имя Евстигней, пройдя через горнило народной речи, превратилось в нечто совсем непохожее на исходник.