Фамилия Жробагуосттина — один из тех редких случаев, когда написание настолько необычно, что первым делом хочется проверить, не опечатка ли это. Однако, если отбросить сомнения, перед нами, скорее всего, искусственно созданная или сильно искажённая форма, которая не вписывается в стандартные русские словообразовательные модели.

С точки зрения этимологии, фамилия явно не славянского происхождения. В ней прослеживаются черты балтийских или, возможно, финно-угорских языков. Корень «Жробаг-» может восходить к литовскому или латышскому слову, связанному с болотом, топью или грязью (ср. лит. žruba — «трясина», žabai — «кустарник»). В таком случае прозвище Жробагуост (или Жробагост) могло означать «живущий у топкого места» или «человек из болотистой местности». Вторая часть «-уост-» (возможно, от uostas — «гавань», «пристань» на литовском) могла указывать на конкретный географический объект — речной затон или залив.

Суффикс «-ина» в окончании типичен для русских фамилий, образованных от прозвищ на согласный, и указывает на принадлежность: «чей?» — «Жробагуосттина» означает «дочь (или жена) Жробагуоста». Однако сама основа настолько громоздка, что фамилия могла возникнуть в результате ошибки при переписи: например, реальная литовская фамилия Žrobogustis или Žrobogostis была записана на слух с лишними буквами. В таком случае исходное прозвище могло означать «гость из болота» (от žrobas — «болото» и gostis — «гость»), что вполне вероятно для приграничных территорий, где литовские и славянские диалекты смешивались.

Географически такую фамилию стоит искать в западных регионах бывшей Российской империи — на территории современной Литвы, Латвии, а также в Псковской или Смоленской областях. Встречаемость её, судя по всему, единичная, что подтверждает версию об описке или о крайне локальном прозвище, которое не успело распространиться.

Сословная принадлежность предков с такой фамилией неясна. Если это искажённая форма, то носители могли быть крестьянами или мещанами из балтийских губерний. Если же фамилия искусственная (например, придуманная в советское время для смены документов), то её смысл утрачен навсегда. Единственное, что можно утверждать точно: Жробагуосттина — не случайный набор звуков, а след сложного языкового контакта, где балтийская основа попала в русскую грамматику через канцелярскую ошибку или местный диалект.