Фамилия Журикс — это пример того, как славянская фамилия изменилась под влиянием балтийской языковой среды. Перед нами не исконно прибалтийская фамилия, а адаптированный вариант: исходная форма — славянская фамилия Журик, к которой добавили окончание -с, характерное для латышских фамилий. Именно эта «прибалтийская огранка» и отличает Журикса от его восточнославянских родственников.

В основе фамилии лежит имя или прозвище Жура. Тут есть несколько версий, и ни одна из них не отменяет другую.

Самая распространённая гипотеза связывает имя Жура с украинским глаголом «журити» — «грустить, горевать, беспокоиться». На первый взгляд странно называть ребёнка «грустным», но в народной традиции такие имена выполняли охранительную функцию. Родители нарекали сына Журой, чтобы отвести от него настоящее горе: считалось, что злые силы не позарятся на «печального» ребёнка, а он на самом деле вырастет здоровым и жизнерадостным.

Другая линия толкования отталкивается от нарицательного «жур» — овсяный кисель. В старину это была простая, даже бедная еда. Прозвище Жура мог получить человек, чей стол был скуден, или тот, кто часто его варил. В переносном смысле «журой» могли назвать медлительного, вялого человека — по ассоциации с густым, тягучим киселём.

Наконец, не стоит сбрасывать со счетов внешнее сходство. Жура — это народная, сокращённая форма от имени Журавель (журавль). Высокого, худощавого или длинноногого парня в деревне запросто могли прозвать Журой. Иногда это прозвище давали и суровому, ворчливому человеку — тут уже срабатывала ассоциация с «журить» (бранить, выговаривать).

Так что носитель фамилии Журикс мог происходить от предка, которого в славянской среде звали либо охранительным именем Жура, либо прозвищем за внешность, характер или род занятий. А уже потом, при переезде или в результате смешения культур, к фамилии добавился балтийский суффикс, превративший её в Журикс.