Фамилия Журкабаев — одна из тех, где ключ к значению лежит в первой части, а не в типовом окончании. Основа «Журкаба» — это личное имя или прозвище, а суффикс «-ев» указывает на принадлежность: «сын Журкабы». Это типичная модель для тюркских фамилий, адаптированная русской грамматикой.

Имя Журкаба, скорее всего, составное. Первая часть, «жур», может восходить к казахскому «жүр» (иди, двигайся) или к персидскому «жур» (смелый, отважный). Вторая часть, «каба», в тюркских языках имеет несколько значений: «кабан» (дикий вепрь) или «крепкий, сильный». В казахском языке есть слово «қабан» — кабан, и «қаба» — крупный, массивный. Таким образом, возможны два смысловых слоя: либо «смелый, как кабан» (прозвище воина или охотника), либо «крепкий, неутомимый в пути» (прозвище кочевника или путника). Вторая версия выглядит правдоподобнее, если учесть, что «жур» (жүр) — глагол движения, и имя могло означать «неустанно идущий» или «быстроногий».

Географически фамилия Журкабаев распространена в Казахстане и среди казахов в России (особенно в Оренбургской, Астраханской областях). Встречаются варианты написания: Журкабаев, Журкабай, Журкаба. Вариант через «й» (Журкабай) — это неискажённая тюркская форма, где «бай» (богатый, господин) могло заменить «каба» в результате народной этимологии: имя переосмыслили как «богатый смелостью» или «богатый движением».

С точки зрения социального статуса, фамилия не указывает на аристократическое происхождение. Скорее всего, её носили представители скотоводческих или воинских слоёв казахского общества. В отличие от фамилий на «-улы» (сын такого-то), форма на «-ев» — результат русификации в XIX–XX веках, когда казахов записывали в метрики и паспорта по русскому образцу.

Если сравнивать с однокоренными, то фамилия Журкабаев стоит особняком: нет массовых вариантов вроде Журкин или Журков. Это говорит о том, что прозвище Журкаба было редким, локальным. В ономастических справочниках фамилия не фиксируется как широко известная, что делает её ценной для семейной истории: носители могут проследить род до конкретного предка, получившего это прозвище за характерную черту — неутомимость в пути или физическую мощь.