Фамилия Зидибадилькин — редчайший случай в русской антропонимии, и её разбор требует нестандартного подхода. В ней нет ни одного привычного славянского корня, а суффикс -кин указывает на то, что перед нами, скорее всего, фамилия, образованная от прозвища или имени, оканчивающегося на -а/-я. Однако в данном случае основа настолько необычна, что заставляет искать объяснение за пределами восточнославянского языкового материала.

Самая правдоподобная версия связывает фамилию с тюркскими языками. В них встречаются имена и прозвища, построенные по принципу «Зиди-бадиль», где первая часть может восходить к слову «зид» (противник, враг) или «зият» (излишек, прибавка), а вторая — к «бадиль» (замена, обмен). В совокупности такое прозвище могло означать «замена врагу» или «лишняя замена» — возможно, так называли ребёнка, родившегося после смерти предыдущего, или человека, который в каком-то смысле «подменил» собой другого. Суффикс -кин в русской адаптации типичен для фамилий, образованных от слов с конечным -а: Зидибадилька — Зидибадилькин.

С точки зрения географии, фамилия почти наверняка происходит из регионов активного русско-тюркского контакта: Поволжье, Приуралье, южные степи. Носители такой фамилии могли быть потомками крещёных татар, башкир или казахов, чьи имена при записи в метрические книги получили русское патронимическое оформление. В пользу этой версии говорит и то, что в чисто русских говорах нет ни одного близкого по звучанию корня.

Вторую, менее вероятную гипотезу можно построить на основе искажённого восприятия. В XIX веке при переписях или рекрутских наборах писарь мог записать на слух сложное прозвище «Зиди-бадиль» как одно слово, а затем добавить -кин. Однако попытки найти в этой основе славянскую лексику (например, «зидить» — строить, или диалектное «бадиль» — пустой стебель) не выдерживают критики: ни одно из этих слов не складывается в осмысленное прозвище.

Итак, Зидибадилькин — это фамилия-загадка, почти наверняка тюркского происхождения, адаптированная русским суффиксом. Её носители — потомки людей, чьё личное или родовое прозвище было связано с понятиями замены, противоборства или избытка. Встретить её можно крайне редко, и каждый случай требует отдельного генеалогического поиска, чтобы установить точную этническую и региональную привязку предков.