Фамилия Злова — редкий случай, когда основа, казалось бы, очевидна, а значение неожиданно. Первое, что приходит в голову: связь со словом «зло». Однако в русской ономастике так напрямую фамилии почти не образовывали: называть человека «Злым» в качестве официального именования было не принято. Чаще всего за «злым» прозвищем стояла ирония или оберег — считалось, что имя-оберег оттолкнет недобрые силы. Но в случае с фамилией Злова работает другая, более прозаичная версия.

Скорее всего, перед нами не прозвище, а фонетический вариант фамилии Злова от слова «злой», но с ударением на первый слог. В северных и сибирских говорах «зло́й» могло означать не столько характер, сколько «болезненный», «худой», «тщедушный». Человека, который часто хворал или выглядел изможденным, в деревне могли прозвать Злым — без злого умысла, по внешнему признаку. От этого прозвища и пошла фамилия Злов, а ее женская форма Злова закрепилась либо как вариант для женщины, либо как фамилия в роду, где окончание -а указывает на принадлежность к женской линии (например, вдова Злова).

Интересна и словообразовательная модель. Фамилия образована без типичных суффиксов -ов/-ев или -ин, что для русских фамилий редкость. Обычно так оформлялись прозвища, переходившие в фамилии напрямую, без добавления патронимического суффикса, — например, в среде духовенства или в некоторых регионах, где фамилии фиксировали поздно и в «сыром» виде. Встречается фамилия Злова в основном на севере европейской части России и в Сибири, что подтверждает диалектную природу основы.

Есть и более спорная версия: связь с древнерусским именем Злоба (Злоба — одно из неканонических имен, дававшихся для защиты от сглаза). От него пошли бы фамилии Злобин, Злобов, но Злова — скорее всего, производное от прозвища, а не от полного имени. Таким образом, предки носителей фамилии Злова — люди, которых в округе называли «злыми» в смысле «худые, слабые здоровьем», и это прозвище закрепилось за их потомками как фамилия.