Спиритизм, с его сеансами, медиумами и попытками заглянуть за грань, для многих ассоциируется с чем-то древним, едва ли не с шаманскими практиками. Однако у этого движения есть вполне конкретный «отец-основатель» — американец Эндрю Джексон Дэвис, который видел смерть насквозь, чья жизнь сама по себе напоминает сюжет мистического романа.

В детстве ничто не предвещало его будущей славы. Дэвис не блистал талантами и получил лишь самое начальное образование. Перелом наступил в 1843 году, когда семнадцатилетний юноша встретил магнетизёра по имени Левингстон. Тот разглядел в парне задатки незаурядного медиума, и вскоре Дэвис уже путешествовал по американским городам, демонстрируя свои способности. Но он не просто развлекал публику — в поездках он жадно поглощал книги по медицине, естественным наукам и мистике, словно готовясь к чему-то большему.

И это «большее» не заставило себя ждать. В мае 1845 года Дэвис пережил видение, в котором, по его словам, получил откровения невероятной глубины. Ему было велено обнародовать их «для блага настоящих и будущих людей». Он осел в Нью-Йорке и, входя в сомнамбулическое состояние, надиктовал книгу, которой суждено было стать краеугольным камнем нового учения. «Принципы природы, её божественные откровения и голос к человечеству» — этот труд на полтора века превратился в своего рода Библию спиритизма. Сначала в Америке, а затем и в Европе у Дэвиса появились тысячи последователей.

Со всего мира начали поступать рассказы о встречах с душами умерших. Скептики, разумеется, только пожимали плечами — слов очевидцев было мало. Но вскоре появились свидетельства куда более осязаемые: фотографии.

Призрак в объективе: случай Мемлера

Первый документально зафиксированный случай появления привидения на фотоснимке датируется 1862 годом. Героем этой истории стал американский фотограф по фамилии Мемлер. В воскресный день он остался один в мастерской друга и решил сделать автопортрет. Проявив пластинку, он с изумлением обнаружил рядом с собой чью-то размытую фигуру. О спиритизме Мемлер тогда не помышлял и списал всё на технический брак — при тогдашнем коллоидном методе остатки старого изображения иногда проступали на пластинке.

Однако любопытство взяло верх. Он повторил опыт с безупречно чистыми пластинками — и на некоторых снова проявились странные, нечёткие силуэты. Друзья-спириты убедили его оставить прежние занятия и стать профессиональным «фотографом духов». Публика хлынула к нему рекой. Но триумф оказался недолгим: конкуренты обвинили Мемлера в мошенничестве и даже показали, как можно с помощью нехитрых трюков получить на снимке расплывчатую белую фигуру рядом с портретируемым.

Казалось бы, на этом история фотографирования призраков должна была закончиться. Но, на счастье исследователей непознанного, репутацию Мемлера спасла тщательная проверка. Под строгим надзором нескольких профессиональных фотографов, используя чужую камеру и пластинки, он всё же сумел получить изображения «духов». Этот эпизод надолго подогрел интерес к попыткам запечатлеть незримое.

От забвения к новому всплеску

В начале XX века наука совершила головокружительный рывок, и человечество устремилось по рельсам машинной цивилизации. На разговоры с духами у людей попросту не оставалось времени. Однако к концу столетия ситуация изменилась. Физика, биология, медицина — главные двигатели прогресса — всё чаще стали натыкаться на явления, которые не вписывались в привычные рамки. В России вновь появились люди и организации, посвятившие себя спиритизму.

Один из типичных случаев из современной практики описывает Егор Усачёв, руководитель одного из обществ по изучению непознанного. К нему обратилась молодая одинокая женщина. Несколько лет она заполняла душевную пустоту спиритическими сеансами, вызывая души знаменитых людей — и, по её словам, довольно успешно. Но два года назад в эти сеансы стал непрошено вторгаться дух недавно убитого молодого человека. Довольно быстро он перестал ограничиваться рамками ритуала: женщина начала слышать его голос в транспорте, на работе, дома. Сначала голос говорил о любви, затем стал требовать физической близости. Вскоре она стала его видеть, ощущать физически и, как выразился Усачёв «протокольным языком», в конце концов уступила его домогательствам.

Во время визита к исследователю дух, по утверждению женщины, тоже присутствовал. С её разрешения Усачёв сделал снимок того участка комнаты, где, по её ощущениям, он находился. На фотографии рядом с фигурой женщины действительно можно различить расплывчатый, полупрозрачный силуэт, сквозь который просвечивают обои.

Портрет на церковной стене

Впрочем, «духи» оставляют свои изображения не только на фотографиях. Один из самых эффектных случаев произошёл в 1923 году в Англии, в церкви Христа в Оксфорде. На стене неожиданно проступило мокрое пятно, которое постепенно превратилось в отчётливый портрет мужчины с высоким лбом и крупным носом. Один из прихожан узнал в нём настоятеля церкви Лиделла, скончавшегося ещё в 1898 году. Прибывшие учёные сравнили пятно с сохранившимся портретом настоятеля и вынуждены были признать: в церкви произошло нечто, необъяснимое с точки зрения науки.

Исследователи аномальных явлений до сих пор ломают копья в спорах: с чем связаны голоса, которые слышат медиумы? Кто или что управляет блюдцами на спиритических сеансах? Каким образом на фотопластинках появляются изображения «духов»? Пока ясно лишь одно: с духами, кем бы они ни были, шутить не стоит. Случаев, когда они кому-то действительно помогли, можно пересчитать по пальцам одной руки. А вот незадачливых любителей, увлёкшихся вызыванием потусторонних сил, с лихвой хватило бы на несколько психиатрических больниц.