Фамилия Абрахаимов — редкий случай, когда написание почти полностью сохраняет звучание исходного имени, но с одной важной оговоркой. В основе лежит имя Абрахаим — вариант библейского Авраам (в русской традиции — Авраам, в европейской — Abraham). Этот вариант с «х» вместо «в» и окончанием «-им» характерен для тюркской или кавказской языковой среды, где иноязычные имена адаптировались под местную фонетику. Проще говоря, фамилия означает «потомок Абрахаима».

Словообразовательная модель — -ов, самый распространённый русский патронимический суффикс, который прирастили к основе «Абрахаим». Это указывает на то, что носители фамилии — русские по языку и культуре, но их предок носил нерусское имя. Фамилия не могла возникнуть в центральной России, где имя Авраам давали редко и обычно в монашеской среде. Гораздо вероятнее, что её корни — на южных или восточных окраинах империи: в казачьих областях (Дон, Кубань), в Поволжье или в Закавказье, где православные народы контактировали с тюрками и армянами. У армян, например, имя Абрахам (с ударением на последний слог) — обычное, и при обрусении оно могло превратиться в Абрахаим.

Сравнение с однокоренными фамилиями показывает интересную деталь. Фамилии Абрамов, Авраамов, Абрамович — массовые и происходят от полной или сокращённой формы имени Авраам. Абрахаимов стоит особняком: он сохранил «лишний» слог и букву «х», что делает его более редким и территориально привязанным. Если бы предок был крещёным евреем или татарином, фамилия скорее приняла бы форму Абрахимов или Ибрагимов (от тюркского Ибрагим). Форма «Абрахаимов» — словно застывший снимок того, как имя Abraham звучало в устах русского писаря, записывавшего его на слух от человека с Кавказа или из мусульманского окружения.

Точных сведений о сословной принадлежности нет, но по косвенным признакам — суффикс -ов и недворянская основа — можно предположить, что фамилия принадлежала крестьянам, мещанам или казакам. В дворянских гербовниках она не зафиксирована. В современных базах данных носители Абрахаимовы встречаются единично, в основном на юге России и в Закавказье, что подтверждает гипотезу о локальном происхождении.