Фамилия Апрокиднев — редкая и структурно нестандартная для русского ономастикона. Её основа — Апрокидн- — не встречается в обиходе в качестве самостоятельного слова или имени, что сразу указывает на искажение или переосмысление исходного звучания. Скорее всего, перед нами результат адаптации греческого канонического имени Прокопий (греч. Προκόπιος, означающее «преуспевающий», «преуспевающий в бою»). В русской традиции это имя давало фамилии Прокопьев, Прокофьев, а также диалектные формы вроде Прокидов или Прокидин. Апрокиднев, вероятно, возник из просторечного произношения: начальное «А» могло появиться как протетический звук (приставной гласный) в говорах, где стечение согласных «Пр» казалось неудобным, или же как результат переразложения при восприятии имени на слух: «Апрокид» вместо «Прокид».

Суффикс -нев указывает на патронимическую модель, характерную для северных и центральных регионов России, где -ев и -ов чередуются в зависимости от конечного звука основы. В данном случае основа оканчивается на «н», поэтому логично было бы ожидать фамилию Апрокиднин. Форма Апрокиднев — исключение, которое может объясняться поздней канцелярской фиксацией: писарь записал фамилию на слух, сблизив с более привычной моделью на -нев (как Корнев, Плетнев). Либо сам носитель в XIX веке изменил окончание для благозвучия.

Поскольку фамилия чрезвычайно редкая (в современных базах данных не превышает нескольких десятков носителей, в основном на юге России и в Поволжье), можно предположить, что её основатель — крестьянин или мещанин, чьё прозвище или имя Прокид (Апрокид) закрепилось в узком локальном роду. Социальный контекст типичен: в среде, где греческое имя Прокопий звучало книжно, его бытовой вариант «Прокид» или «Апрокид» воспринимался как простонародный, и фамилия не получила распространения через дворянские или купеческие линии.

Таким образом, Апрокиднев — это фонетически изменённая патронимическая фамилия от имени Прокопий, зафиксированная в редком варианте с приставным «А» и нестандартным суффиксом. Её изучение — пример того, как устная народная традиция перерабатывает церковное имя до неузнаваемости, а письменная фиксация закрепляет эту форму на века.