Фамилия Австанчиков — редкий случай, когда основа очевидна, а механизм образования ставит в тупик. Корень здесь — «австант», устаревшее слово, означавшее бунтаря, мятежника, участника восстания. В русских говорах «австант» — это тот же «инсургент», только по-свойски, без латыни. Человек, поднявший руку на власть или порядок, получал такое прозвище — не обязательно с одобрением, скорее с опаской или укоризной.

Но почему не «Австантов»? Суффикс -ик- в этой фамилии указывает на иную модель: «Австанчик» — человек, имеющий отношение к австанту: сын, ученик, подручный. То есть прозвище дали не самому бунтарю, а его близкому: «чей ты будешь? — Австанчиков». Такая форма характерна для северных и центральных русских говоров, где фамилии на -иков (-ичев, -инов) образовывали от прозвищ на -ик. Сравните с фамилией Тимохин, образованной от Тимоха, но здесь механизм иной: не имя, а прозвище с тем же суффиксом стало основой.

Есть и вторая версия, менее вероятная: от слова «австать» — диалектной формы «вставать», «восставать». Тогда прозвище Австант могло означать просто «встающий», «поднимающийся» — без политического оттенка, а по какой-то бытовой черте (например, рано вставал или, наоборот, тяжело поднимался). Но в этом случае суффикс -чик- опять же указывает на «человека, связанного с австантом», а не на самого носителя действия.

Фамилия редкая, в дореволюционных списках почти не встречается — скорее всего, поздняя, крестьянская. В XIX веке прозвища вроде Австант давали не за реальный бунт, а за строптивый характер или несговорчивость. Носитель фамилии Австанчиков — потомок не мятежника, а человека с тяжёлым нравом, которого в деревне прозвали так за глаза. Двойной суффикс -чик-ов — характерная черта северорусского ономастикона, где фамилии часто вбирали в себя сразу две словообразовательные ступени: сначала прозвище на -ик, затем фамилия на -ов.