Фамилия Азамджонов — один из тех случаев, когда географический и культурный контекст важнее, чем разбор по привычным русским суффиксам. Её основа — не славянская, а восточная, и ключ к ней лежит в мусульманской антропонимике Средней Азии.

В основе фамилии лежит личное имя Азамджон. Это сложносоставное имя, типичное для таджикской и узбекской традиции: «Азам» (от арабского «а‘зам» — «величайший», «славнейший») и «джон» (от персидского «джан» — «душа», «жизнь», в именах часто выступает как ласкательный или уважительный компонент, означающий «дорогой» или «любимый»). Таким образом, Азамджон — это «великая душа» или «дорогой величайший». Имя давали с пожеланием ребёнку значительности и душевной чистоты.

Фамилия образована по русской модели с помощью патронимического суффикса «-ов». В XIX–XX веках, когда территории Средней Азии вошли в состав Российской империи, а затем СССР, местные имена и прозвища стали адаптировать под общеимперские стандарты документооборота. К имени отца (Азамджон) добавили русское окончание «-ов», получив фамилию, которая буквально означает «потомок Азамджона». Это типичная история для многих фамилий народов Центральной Азии: корень остаётся местным, а оформление — русским.

Интересная деталь: в самой Средней Азии отчества и фамилии долгое время не были обязательны. Фамилия Азамджонов — продукт бюрократической унификации советского времени. Поэтому её носители почти наверняка происходят из Узбекистана или Таджикистана, реже — из соседних регионов. Второй компонент «-джон» надёжно указывает на таджикскую языковую среду, хотя узбеки тоже активно используют этот элемент в именах.

С точки зрения словообразования, фамилия уникальна для русского уха: двойной корень (Азам + джон) плюс суффикс «-ов» встречается нечасто. Сравните с однокоренными, но более редкими вариантами: Азамов (только от имени Азам) или Джонов (от имени Джон). Азамджонов — более конкретная, составная форма, которая сохранила полное имя предка. Никаких дворянских или крестьянских сословных маркеров у этой фамилии нет — она целиком принадлежит советской эпохе паспортизации и отражает не социальный статус, а имя конкретного человека, жившего, скорее всего, в конце XIX — начале XX века.