Фамилия Бакатанова — женская форма, а мужская, Бакатанов, образована по стандартной русской модели с суффиксом -ов. Это указывает на то, что в основе лежит прозвище или имя, оканчивающееся на согласный. Вопрос в том, что это за основа.

Самый прямой и правдоподобный путь — от тюркского слова «бака» (лягушка) с уменьшительным или пренебрежительным суффиксом «-тан». В татарском, башкирском, казахском языках «бака» — обычное слово, а «бакатан» могло означать «лягушонок» или «маленькая лягушка». Прозвища по животным в русской среде, особенно на территориях с тюркским населением, — явление частое. Человек мог получить такое прозвище за прыгучесть, скользкую кожу, любовь к сырости или, наоборот, за неприятный голос — «квакал». В пользу этой версии говорит и то, что фамилия с таким корнем встречается в Поволжье и на Урале, где русские и тюркские языки веками соседствовали. Менее вероятна, но возможна связь с диалектным русским словом «бакать» (говорить, болтать) — тогда «бакатан» могло быть прозвищем говорливого человека.

Вторая версия, более редкая, но тоже имеющая право на существование, — от календарного имени. В святцах нет имени Бакатан, но в народной традиции крестильные имена часто искажались до неузнаваемости. Например, имя Варфоломей (арамейское «сын вспаханной земли») в просторечии могло сократиться до Бака или Баката. Однако для фамилии Бакатанов это объяснение слабее: слишком далеко от исходного звучания, и нет промежуточных форм, зафиксированных в письменных источниках.

Суффикс -анов встречается в русских фамилиях реже, чем -ов или -ев, и часто указывает на нерусское происхождение основы. В случае с Бакатановым это как раз подкрепляет тюркскую гипотезу: тюркские прозвища легко встраивались в русскую патронимическую модель, и фамилия закрепилась в той форме, в какой её записал писец. Сословно носители фамилии, скорее всего, были крестьянами или мещанами — дворянские роды с таким окончанием почти не встречаются.

Таким образом, фамилия Бакатанова почти наверняка восходит к прозвищу, связанному с лягушкой, и отражает бытовую наблюдательность предков, живших в зоне активных русско-тюркских контактов.