Фамилия Бакеренков — редкий случай, когда основа слова почти наверняка указывает на конкретное занятие предка, но через неожиданный суффиксальный «оборот». В центре здесь не имя и не географическое название, а прозвище Бакеря или Бакер. Оно восходит к тюркскому «бакыр» (медь, медный) или к диалектному глаголу «бакарить» — говорить, болтать, балагурить. Первый вариант ведет к медных дел мастеру: бакерщик на Руси — медник, лудильщик, тот, кто паял и чинил медную посуду. Второй — к словоохотливому человеку, говорливому, возможно, балагурному.

Суффикс -енков ставит фамилию в особый ряд. В русской ономастике -ов и -ев — стандартные патронимические форманты для большинства регионов. А вот -енков — характерная черта южнорусских и, шире, «окраинных» говоров, особенно распространенная в бывших землях Рязанского княжества, на Дону, в Тамбовской и Воронежской губерниях. Он образует фамилию по той же модели, что и -ов, но от основ на мягкий согласный или на -а/-я: Бакеря → сын Бакери → Бакеренков. То есть носитель фамилии — потомок человека, которого в округе знали как Бакерю (медника или говорливого малого). В отличие от «великорусского» Бакерова, форма Бакеренков сразу выдает южную или рязанскую «прописку» предков.

Сравнение с однокоренными фамилиями только подтверждает эту версию. Бакеров, Бакерский — встречаются, но реже. Бакеренков же куда более «привязан» к конкретному ареалу. В дореволюционных метрических книгах и ревизских сказках эта фамилия почти не встречается за пределами Тамбовской, Рязанской и частично Саратовской губерний. Это не случайно: переселенческие потоки XIX века, шедшие на юг и восток, несли с собой именно южнорусскую модель фамилеобразования.

Таким образом, Бакеренков — фамилия не про дворянскую родословную, а про ремесленный или бытовой корень. Предок, скорее всего, был либо медником, ходившим по деревням с паяльником и наковальней, либо человеком, чья главная примета — неумолчный говор. И то, и другое — живая деталь деревенского быта, застывшая в фамильном суффиксе.