Фамилия Балодис — один из ярких примеров латышского наследия в русском ономастиконе. В её основе лежит латышское слово balodis, что значит «голубь». Такое прозвище могло указывать на род занятий: предок, скорее всего, занимался разведением голубей — промыслом, который в Прибалтике был не только хозяйственным, но и эстетическим (голубятни считались признаком достатка). Однако не стоит сбрасывать со счетов и символическое значение: голубь в народной культуре — птица мирная, мудрая, а иногда и простоватая. Прозвище Балодис могли дать человеку рассудительному, спокойному или, напротив, мечтательному.

Словообразовательная модель здесь проста: фамилия образована напрямую от прозвища без дополнительных русских суффиксов (-ов, -ин и т.д.), что характерно для балтийских фамилий, которые вошли в обиход в XIX веке, когда у латышей и литовцев начали массово фиксировать наследственные именования. В отличие от русских фамилий на -ов/-ев, Балодис сохранила латышскую основу в чистом виде — это указывает на то, что носитель или его предки были выходцами из латышской языковой среды, вероятно, из Курземе или Видземе.

Интересно, что в латышском языке слово balodis имеет и переносное значение — «белый, светлый» (от balts). Поэтому не исключено, что прозвище могло относиться к человеку со светлыми волосами или бледной кожей. Встречается и версия, что фамилия связана с топонимом: в Латвии есть несколько хуторов и местечек с названием Baloži (например, под Ригой), и фамилия могла возникнуть как указание на место жительства.

В русском контексте фамилия Балодис встречается редко и обычно у потомков латышей, переселившихся в центральные губернии Российской империи в конце XIX — начале XX века. Правдоподобнее всего версия о профессиональном прозвище: разведение голубей было конкретным и заметным занятием, которое легко закреплялось за человеком. Символическая трактовка (мудрость, рассудительность) менее убедительна, так как в крестьянской среде прозвища чаще давали по делу, а не по абстрактному качеству.