Фамилия Бедлецкая — женская форма фамилии Бедлецкий, а та, в свою очередь, образована по характерной для восточнославянской ономастики модели. Суффикс -цк- (в варианте -ецк-) указывает на географическое или топонимическое происхождение: такую фамилию мог получить человек, чьи предки происходили из населённого пункта с названием Бедлец, Бедлица или Бедлое. Поскольку фамилии на -ский/-цкий в XVI–XVIII веках часто закреплялись за шляхтой и духовенством, можно предположить, что носители фамилии относились к этим сословиям, хотя со временем она могла распространиться и среди крестьян, переселившихся из именного села или хутора.

Корень «бедл-» неочевиден и вызывает споры. Самая прямая версия — связь со словом «бедный» через чередование «дн/дл» (как «бедный» — «бедлак» в диалектах). В этом случае исходное прозвище Бедлец могло означать «бедняк», «неимущий человек». Однако есть и более редкая гипотеза: основа могла восходить к древнему личному имени Бедло, которое в польской и белорусской традициях иногда давали как охранительное, отгоняющее зло (от «беда» — «несчастье»). В таком случае прозвище было призвано обмануть нечистую силу: назвали ребёнка «бедой», чтобы настоящая беда его миновала.

География фамилии сегодня тяготеет к западным регионам России, а также к Беларуси и Украине. Наибольшая концентрация носительниц фамилии Бедлецкая фиксируется в Брестской и Гродненской областях. Это косвенно подтверждает версию о польско-белорусском происхождении: именно там были распространены названия с суффиксом -ецк- и охранительные имена.

Если сравнивать с однокоренными фамилиями, то Бедлецкая стоит в одном ряду с Бедлинским, Бедлицким и Бедловым. Все они образованы от одной основы, но разными моделями: Бедлов — чисто русская патронимическая форма (чей? — Бедлов), а Бедлецкий — уже топонимическая, привязанная к месту. Именно эта привязка к конкретному поселению делает фамилию Бедлецкая более «географичной», чем, скажем, Беднов или Бедняков.

В написании фамилии возможны варианты через «т» — Бетлецкая, но это скорее результат ассимиляции глухого согласного в устной речи или описка в документах. Исторически верная форма — с «д», что подтверждается как этимологией, так и ранними записями в метрических книгах XIX века.