Фамилия Благодетелев стоит в ряду русских фамилий, образованных от отвлечённых понятий, что само по себе нечасто. В отличие от «ремесленных» фамилий (Кузнецов, Плотников) или «патронимических» (Иванов, Петров), здесь в основе лежит не имя и не занятие, а нравственная характеристика — «благодетель», то есть тот, кто делает добро, покровитель, заступник.

Словообразовательная модель прозрачна: основа «благодетель» плюс суффикс принадлежности -ев. Суффикс -ев, а не -ов, указывает на то, что исходное слово оканчивалось на мягкий или шипящий согласный (в данном случае на -ль). Форма «Благодетелев» буквально означает «сын (или потомок) Благодетеля». Такие фамилии в народной среде могли даваться не как прямое указание на характер человека, а как прозвище-пожелание или, что вероятнее, как «охранительное» имя в семинарской среде.

Именно здесь кроется ключевая деталь, отличающая эту фамилию от многих других. В XVIII–XIX веках в духовных училищах и семинариях была распространена практика «переделывать» фамилии учеников на благозвучные, «говорящие» латинские, греческие или русские. Фамилия Благодетелев с высокой вероятностью — искусственная, семинарская. Её могли дать сыну священника с «простой» фамилией (вроде Попов или Иванов) для красоты и назидания, либо как перевод греческой фамилии (например, Эвергетидис). В отличие от крестьянских «уличных» прозвищ, такие фамилии часто не отражали личных качеств носителя, а были призваны напоминать о христианских добродетелях.

Встречаемость фамилии невысока. По данным переписей, Благодетелевы рассеяны по центральной России, но заметных «гнёзд» не образуют — типичная картина для поздних искусственных фамилий, не успевших широко распространиться среди крестьянства после отмены крепостного права. Если предки носителя фамилии не были духовного звания, то прозвище «Благодетель» могло закрепиться за человеком, который реально оказывал покровительство или щедрую помощь общине — например, за помещиком или богатым крестьянином, но в таком случае фамилия скорее приняла бы форму Благодетелев, а не, скажем, Благодетельных (по северной модели).

Таким образом, основная версия — семинарское происхождение. Второстепенная — редкое прозвище, данное за реальные дела. Социальный контекст фамилии: скорее всего, потомки духовенства или, реже, зажиточных крестьян, получивших фамилию при переписях XIX века.