Фамилия Блимготова — редкая и неочевидная. На первый взгляд её корень кажется иноязычным, но при ближайшем рассмотрении открывается связь с русской диалектной лексикой и прозвищами.

Основа фамилии — слово «блимгот» или «блимгота». В русских говорах, особенно на северо-западе и в сибирских старообрядческих селениях, «блимгота» — это грубый, неотёсанный человек, увалень или тот, кто говорит невнятно, «мямлит». Происхождение слова, скорее всего, звукоподражательное: «блим-блим» — нечто болтающееся, трясущееся, как у коровы вымя (сравните с диалектным «блимда» — брюхо, или «блиндать» — брести, шататься). Второй компонент «-гота» характерен для экспрессивных прозвищ (ср. «беднота», «голытьба»). Таким образом, Блимготова — это отчество от прозвища Блимгота, которое дали человеку за его внешность или манеру поведения.

Суффикс «-ов» указывает на классическую русскую модель образования: «чей?» — Блимготов. Женская форма Блимготова закрепилась за потомками этого человека. Фамилия не дворянская и не священническая — суффикс «-ский» в ней отсутствует. Скорее всего, предки были крестьянами или посадскими людьми. Встречается фамилия крайне редко, преимущественно в Вологодской и Архангельской областях, где сохранилась соответствующая диалектная лексика.

Есть и другая, менее вероятная версия: связь с немецкой или еврейской фамилией Блим (от идиш בלום — «цветок»). В таком случае «Блимгот» могло быть составным именем-пожеланием (Блим + Гот — «цветок Бога»). Однако для России типичнее объяснение из местных говоров — оно проще и не требует натяжек с миграцией редкого немецкого антропонима в крестьянскую среду. Спор снимает география: подавляющее большинство носителей фамилии — русские из традиционных регионов Русского Севера.

Первые письменные упоминания фамилии относятся ко второй половине XIX века, когда крестьянам начали массово присваивать фамилии по отцу. В метрических книгах Вельского уезда Вологодской губернии за 1870-е годы встречается запись о крестьянине Иване Блимготове. Фамилия не получила широкого распространения и осталась локальной. Сегодня её носители живут в основном в Вологодской области и в городах, куда переехали из тех мест в XX веке.