Фамилия Боинский — редкий случай в русской ономастике, где основа и суффикс складываются в неочевидную, но логичную картину. На первый взгляд она кажется польской или белорусской: типичный суффикс -ский указывает на дворянское или шляхетское происхождение, а также на связь с географическим названием. Однако корень «Боин-» в славянских языках не встречается как топоним. Здесь скорее всего работает другая модель.

Скорее всего, фамилия образована от прозвища или мирского имени Бойня. В русских говорах «бойня» — не только место забоя скота, но и драчун, задира, человек, склонный к ссорам. Суффикс -ский в таком случае не указывает на местность, а выполняет роль притяжательного или характеризующего: Боинский — «тот, кто происходит от Бойни» или «относящийся к Бойне». Это типичная модель для фамилий, которые в XIX веке давали в семинариях или приписывали крестьянам при переписи, когда нужно было заменить неблагозвучное прозвище на более «приличное» окончание.

Вторая версия, менее вероятная, но имеющая право на существование, — связь с ремеслом. В некоторых регионах «боин» или «бойник» называли мясника или убойщика скота. Тогда Боинский — потомок человека этой профессии. Однако суффикс -ский для таких фамилий нетипичен: обычно ремесленные фамилии заканчиваются на -ов/-ев или -ин (Бойников, Бойнин). Поэтому версия с прозвищем-характеристикой выглядит убедительнее.

Географически фамилия встречается крайне редко. Основные очаги — западные области России и восток Украины, где исторически была сильна польская и малороссийская традиция образования фамилий на -ский. В центральной России и на севере она почти не фиксируется. Это дополнительно указывает на то, что фамилия могла возникнуть в среде мелкой шляхты или однодворцев, которые часто брали фамилии по прозвищам, а не по названиям имений.

С точки зрения словообразования, фамилия Боинский — продукт переоформления исходного прозвища. В ней нет двойных суффиксов, она прозрачна, но неочевидна для современного уха. Если ваш предок носил такую фамилию, он мог быть человеком с крутым нравом или, наоборот, мясником, но в любом случае — носителем редкого и выразительного имени, которое не даёт затеряться в массе однотипных Ивановых и Петровых.